Толмачева А. "В весёлом вихре бала..." / А. Толмачева // Читаем, учимся, играем. - 2006. - № 6. - С. 14-17.
В ВЕСЁЛОМ ВИХРЕ БАЛА…
На лермонтовский бал-маскарад приглашает учеников старших классов А. Т. ТОЛМАЧЕВА
Анна Трофимовна Толмачёва – заведующая филиалом № 16 Гулькевичской централизованной библиотечной системы, пос. Венцы, Краснодарский край.
ОФОРМЛЕНИЕ
Бал-маскарад проводится в большом зале со сценой. Вдоль стен зала – диванчики для гостей. На сцене установлен портрет М. Ю. Лермонтова, вокруг – атрибуты разных видов искусств: чернильница с гусиным пером, палитра, нотный стан, пальмовая ветвь. Здесь же стоит рояль, на нём – большой красивый подсвечник с зажжёнными свечами и букет цветов. Зал украшают репродукции лермонтовских картин, рисунков и эскизов, а также портреты Лермонтова разных авторов. Несколько участков вдоль стен отгорожены небольшими ширмами, за которыми расположены декорации для демонстрации сцен из произведений М. Ю. Лермонтова. Все присутствующие считаются гостями бала-маскарада, поэтому для каждого желательно наличие хотя бы каких-то элементов костюма (маски, шляпки, накидки и т. п.). Среди гостей находятся и участники сценок, они одеты в костюмы своих персонажей.
МУЗЫКАЛЬНОЕ ОФОРМЛЕНИЕ
Для танцев будут звучать:
· мелодия А. Хачатуряна из драмы «Маскарад»;
· вальс Г. Свиридова к экранизации повести А. С. Пушкина «Метель»;
· полонез;
· мазурка;
· грузинский танец из оперы А. Рубинштейна «Демон».
На вечере звучат романсы на стихи М. Лермонтова:
· «Парус», «Горные вершины» (муз. А. Варламова);
· «Выхожу один я на дорогу» (муз. Е. Шашиной);
· «Нет, не тебя…» (муз. А. Шишкиной);
· «Мне грустно» (муз. А. Даргомыжского).
Кроме того, на бале-маскараде прозвучат:
· музыка из оперы П. И. Чайковского «Евгений Онегин»;
· ноктюрн № 13 Ф. Шопена;
· «Лунная соната» Л. ван Бетховена;
· ария Демона из оперы А. Рубинштейна «Демон».
Танцы может исполнять хореографическая группа.
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
Нина;
Арбенин;
Лермонтов;
Дамы (1)–(3);
Генерал;
Вяземский;
Одоевский;
Князь Звездич;
Женская маска;
Казак;
Казачка;
Девушка;
Печорин;
Демон;
Барант;
Гости грузинской свадьбы;
Невеста;
Исполнительница романсов;
Хореографическая группа.
СЦЕНА 1
Звучит вальс А. Хачатуряна к драме М. Лермонтова «Маскарад». Хореографическая группа исполняет вальс. Затем на сцену выходят Нина и Арбенин.
НИНА:
Как новый вальс хорош!
В каком-то упоенье
Кружилась я быстрей –
И чудное стремленье
Меня и мысль мою
Невольно мчало вдаль…
АРБЕНИН:
Куда же вдаль?
НИНА:
В век двадцать первый,
Где Лермонтова помнят, любят, чтут.
И посмотри, на празднике у нас,
На бале, в честь его же юбилея
Гостей уж полон зал!
АРБЕНИН:
Таких гостей у нас
Я раньше не видал.
И маски эти
Мне вовсе не знакомы.
НИНА:
Ну, конечно,
Я представлю их тебе, Евгений.
Сегодня ж необычный бал –
Бал-маскарад героев Лермонтовских произведений.
АРБЕНИН (смотрит в зал):
Так здесь и сам поэт.
И как всегда, он в обществе скучает.
(Арбенин и Нина сходят со сцены и идут к ширме, где будет разыгрываться отрывок из драмы К. Паустовского «Поручик Лермонтов». Лермонтов стоит с князем Вяземским, мимо проходит Дама (1) под руку с Генералом. Они останавливаются.)
ДАМА (1): Кто этот хмурый гусар, что ни с кем не танцует?
ГЕНЕРАЛ: Это Лермонтов, матушка. Где ему танцевать? Должно быть, готовит на нас эпиграмму.
ДАМА (1): Не тот уж свет. Ни ласки, ни улыбки. (Проходят.)
ВЯЗЕМСКИЙ: Вы больны, Михаил Юрьевич?
ЛЕРМОНТОВ: Да, пожалуй. Тоска.
ВЯЗЕМСКИЙ: К чему же вас тянет?
ЛЕРМОНТОВ: К дружеской беседе. К тому, чтобы побродить с вами по Летнему саду и поспорить о Фаусте. К стопке чистой бумаги…
(Подходит Одоевский.)
ОДОЕВСКИЙ: Скажите, Михаил Юрьевич, с кого вы списали Демона?
ЛЕРМОНТОВ (шутливо): С самого себя, князь, неужели не узнали?
(Звучит ария Демона из оперы А. Рубинштейна «Демон». На фоне музыки продолжается действие.)
ОДОЕВСКИЙ (недоверчиво): Но вы не похожи на такого страшного протестанта и мрачного соблазнителя.
ЛЕРМОНТОВ: Поверьте, князь (смеётся), я ещё хуже моего Демона.
И гордый Демон не отстанет,
Пока живу я, от меня,
И ум мой озарять он станет
Лучом чудесного огня;
Покажет образ совершенства
И вдруг отнимет навсегда,
И дав предчувствие блаженства,
Не даст мне счастья никогда.
(Подходят Дамы (2) и (3).)
ДАМА (2): Мне ваш Демон нравится, я бы хотела с ним опуститься на дно морское и полететь за облака.
ДАМА (3): Знаете ли, Лермонтов, я вашим Демоном увлекаюсь… его клятвы обаятельны до восторга… мне кажется, я бы могла полюбить такое могучее, властное и гордое существо…
(Дамы (1) и (2) берут Вяземского и Одоевского под руку и уходят вместе с ними. Уходит и Лермонтов. Нина и Арбенин возвращаются на сцену.)
НИНА:
Таков поэт: чуть мысль блеснула,
Как он пером своим прольёт
Всю душу звуком громкой лиры.
АРБЕНИН:
Не знает он ещё,
Что суждено ему,
Не перешагнув и двадцать восьмую
Жизненную дату,
Пройти из века в век
В своих картинах и стихах,
В поэмах, драмах, песнях и романсах.
(К роялю на сцене подходит Исполнительница романса, поёт романс А. Шишкиной «Нет, не тебя…».)
НИНА: Природа была щедра к Лермонтову: поэт, прозаик, драматург, художник, музыкант. В 21 год он написал драму «Маскарад».
(Нина и Арбенин подходят к ширме, где будет разыгрываться отрывок из драмы «Маскарад».)
СЦЕНА 2
Хореографическая группа исполняет мазурку. Затем выходят Маски, Арбенин и князь Звездич. Ребята из хореографической группы начинают прогуливаться вдоль ширмы, изображая толпу дам и кавалеров на балу. К ширме выходит Арбенин.
АРБЕНИН:
Напрасно я ищу повсюду развлеченья,
Пестреет и жужжит толпа передо мной…
Но сердце холодно, и спит воображенье:
Они все чужды мне, и я им всем чужой!
(К Арбенину подходит Князь Звездич, зевает.)
Вот нынешнее поколенье.
И то ль я был в его лета, как погляжу?
(Обращается к Князю Звездичу.)
Что, Князь? Не набрели ещё на приключенье?
(Во время разговора Арбенина и Князя Звездича толпа Дам и Кавалеров постепенно «растворяется» среди зрителей.)
КНЯЗЬ ЗВЕЗДИЧ:
Как быть, я целый час хожу!
АРБЕНИН:
А вы желаете, чтоб счастье вас ловило?
Затея новая… пусть бы надо в свет.
КНЯЗЬ ЗВЕЗДИЧ:
Все маски глупые…
АРБЕНИН:
Да маски глупой нет:
Молчит… таинственна, заговорит… так мило.
Вы можете придать её словам
Улыбку, взор, какие вам угодно…
Вот, например, взгляните там –
Как выступает благородно
Высокая турчанка… как полна,
Как дышит грудь её и страстно и свободно!
Вы знаете ли, кто она?
Быть может, гордая княгиня иль графиня.
Диана в обществе… Венера в маскараде,
И также может быть, что эта же краса
К вам завтра вечером придет на полчаса.
В обоих случаях вы, право, не внакладе.
(Во время следующей реплики Князя Звездича к нему идёт Женская маска.)
КНЯЗЬ ЗВЕЗДИЧ:
Всё так, – рассказывать легко… Однако же я всё ещё зеваю.
Но вот идёт одна… дай, господи!
(Женская маска останавливается и ударяет Князя Звездича веером по плечу.)
ЖЕНСКАЯ МАСКА:
Я знаю… тебя!
КНЯЗЬ ЗВЕЗДИЧ:
И, видно, очень коротко.
ЖЕНСКАЯ МАСКА:
О чём ты размышлял – и это мне известно.
КНЯЗЬ ЗВЕЗДИЧ:
А в этом случае ты счастливей меня.
(Заглядывает под маску.)
Но если не ошибся я,
То ротик у неё прелестный.
ЖЕНСКАЯ МАСКА:
Я нравлюся тебе, тем хуже.
КНЯЗЬ ЗВЕЗДИЧ:
Для кого?
ЖЕНСКАЯ МАСКА:
Для одного из нас.
КНЯЗЬ ЗВЕЗДИЧ:
Не вижу, отчего?
Ты предсказаньем меня не испугаешь
И я, хоть очень не хитёр,
Но узнаю, кто ты…
ЖЕНСКАЯ МАСКА:
Так, стало быть, ты знаешь,
Чем кончится наш разговор?
КНЯЗЬ ЗВЕЗДИЧ:
Поговорим и разойдёмся.
ЖЕНСКАЯ МАСКА:
Право?
КНЯЗЬ ЗВЕЗДИЧ:
Налево – ты, а я – направо…
ЖЕНСКАЯ МАСКА:
Но ежели я здесь нарочно с целью той,
Чтоб видеться и говорить с тобой;
Но если я скажу, что через час ты будешь
Мне клясться, что вовек меня не позабудешь,
Что будешь рад стать мне жизнь свою в один миг,
Когда я улечу, как призрак, без названья,
Чтоб услыхать из уст моих
Одно лишь слово: до свиданья!..
КНЯЗЬ ЗВЕЗДИЧ:
Ты маска умная, а тратишь много слов!
Коль знаешь ты меня, скажи, кто я таков?
ЖЕНСКАЯ МАСКА:
Ты! Бесхарактерный, безнравственный, безбожный,
Самолюбивый, злой, но слабый человек;
В тебе одном весь отразился век,
Век нынешний, блестящий, но ничтожный.
Наполнить хочешь жизнь, а бегаешь страстей.
Всё хочешь ты иметь, а жертвовать не знаешь;
Людей без гордости и сердца презираешь,
А сам игрушка тех людей.
О! знаю я тебя…
КНЯЗЬ ЗВЕЗДИЧ:
Мне это очень лестно.
ЖЕНСКАЯ МАСКА:
Ты сделал много зла.
КНЯЗЬ ЗВЕЗДИЧ:
Невольно, может быть.
ЖЕНСКАЯ МАСКА:
Кто знает! Только мне известно,
Что женщине тебя не надобно любить.
КНЯЗЬ ЗВЕЗДИЧ:
Я не ищу любви.
ЖЕНСКАЯ МАСКА:
Искать ты не умеешь.
КНЯЗЬ ЗВЕЗДИЧ:
Скорей, устал искать.
ЖЕНСКАЯ МАСКА:
Но если пред тобой
Она появится и скажет вдруг: ты мой!
Ужель бесчувственным остаться ты посмеешь?
КНЯЗЬ ЗВЕЗДИЧ:
Но кто ж она?.. Конечно, идеал.
ЖЕНСКАЯ МАСКА:
Нет, женщина… а дальше что за дело.
КНЯЗЬ ЗВЕЗДИЧ:
Но покажи её, пусть явится мне смело.
ЖЕНСКАЯ МАСКА:
Ты хочешь многого – обдумай, что сказал!
(Некоторое молчание.)
Она не требует ни вздохов, ни признанья,
Ни слёз, ни просьб, ни пламенных речей…
Но клятву дай оставить все старанья
Разведать – кто она… и обо всём
Молчать…
КНЯЗЬ ЗВЕЗДИЧ:
Клянусь землёй и небесами
И честию моей.
ЖЕНСКАЯ МАСКА:
Смотри ж, теперь пойдём!
И помни, шуток нет меж нами.
(Князь Звездич берёт под руку Женскую маску, они уходят. Хореографическая группа исполняет вальс под музыку из экранизации повести А. С. Пушкина «Метель». Затем Нина и Арбенин снова поднимаются на сцену.)
АРБЕНИН: В день смерти Александра Сергеевича Пушкина стало широко известно имя другого великого русского поэта. Это был корнет гусарского полка Михаил Лермонтов. Его стихотворение «Смерть поэта» всколыхнуло всю Россию. Последствия не заставили себя ждать: в 22 года поэт из светских салонов попадает на Кавказ в действующую армию.
НИНА: Много дней опальный поэт проводил в странствиях по Кавказу от Тифлиса до Тамани. Кавказ вошёл в его душу как вторая родина, как край вольности, суровой и свободной поэзии.
СЦЕНА 3
Нина и Арбенин уходят. На сцену выходят Гости грузинской свадьбы. Они расстилают ковёр посреди сцены. На ковёр выходит Невеста. Звучит мелодия грузинского танца из оперы А. Рубинштейна «Демон». Невеста танцует. Один из Гостей грузинской свадьбы читает отрывок из поэмы «Демон».
ГОСТЬ ГРУЗИНСКОЙ СВАДЬБЫ:
…Бубен свой
Берёт невеста молодая,
И вот она, одной рукой
Кружа его над головой,
То вдруг помчится, легче птицы,
То остановится, глядит –
И влажный взор её блестит
Из-под завистливой ресницы;
То чёрной бровью поведёт,
То вдруг наклонится немножко,
И по ковру скользнёт, плывёт
Её божественная ножка;
И улыбается она,
Веселья детского полна.
(Музыка играет громче, Невеста ещё некоторое время продолжает танцевать. Потом музыка смолкает, Невеста и Гости грузинской свадьбы уходят. Звучит фортепианная мелодия «Казачьей колыбельной» А. Г. Гречанинова. Нина и Арбенин, пройдя через сцену, спускаются с неё и подходят к ширме, у которой будет разыгрываться сцена «Казачья колыбельная». Раздвигается ширма, за ней – декорации казачьей хаты: лавка, накрытая домотканым рядном, сундук, домашняя утварь, колыбель. На лавке сидит Казак, чистит винтовку. За прялкой сидит Казачка, прядёт, покачивает висящую зыбку и поёт «Казачью колыбельную песню».)
СЦЕНА 4
КАЗАЧКА:
Спи, младенец мой прекрасный,
Баюшки-баю.
Тихо смотрит месяц ясный
В колыбель твою.
Стану сказывать я сказки,
Песенку спою;
Ты ж дремли, закрывши глазки,
Баюшки-баю.
По камням струится Терек,
Плещет мутный вал;
Злой чечен ползёт на берег,
Точит свой кинжал;
Но отец твой старый воин,
Закален в бою:
Спи, малютка, будь спокоен,
Баюшки-баю.
Сам узнаешь, будет время,
Бранное житьё;
Смело вденешь ногу в стремя
И возьмёшь ружьё.
Я седельце боевое
Шёлком обошью…
Спи, дитя моё родное,
Баюшки-баю.
Богатырь ты будешь с виду
И казак душой.
Провожать тебя я выйду –
Ты махнешь рукой…
Сколько горьких слёз украдкой
Я в ту ночь пролью!..
Спи, мой ангел, тихо, сладко,
Баюшки-баю.
Стану я тоской томиться,
Безутешно ждать;
Стану целый день молиться,
По ночам гадать;
Стану думать, что скучаешь
Ты в чужом краю…
Спи ж, пока забот не знаешь,
Баюшки-баю.
Дам тебе я на дорогу
Образок святой:
Ты его, моляся Богу,
Ставь перед собой;
Да готовясь в бой опасный,
Помни мать свою…
Спи, младенец мой прекрасный,
Баюшки-баю.
(К роялю на сцене выходит Исполнитель романса А. Варламова «Парус». Все слушают романс, аплодируют.)
КАЗАК: Два раза Лермонтов проехал по Кубанской укреплённой линии, любуясь кубанской степью.
КАЗАЧКА:
Степь, синея, расстилалась
Близ Азовских берегов:
Запад гас, а ночь спускалась;
Вихрь скользил среди холмов.
И, встряхнувшись, в поле диком
Серый сокол тихо сел;
И к нему с ответным криком
Брат стрелою прилетел.
(Казак и Казачка вместе с гостями бала подходят к ширме, где будет показана сцена из повести «Тамань». Там декорации изображают хату казака: сундук, лавки, покрытые домоткаными половиками, макет печи. Печорин сидит на лавке у стола, что-то пишет. Включается аудиозапись морского прибоя. На фоне этих звуков Девушка за сценой поёт песню.)
СЦЕНА 5
ДЕВУШКА:
Как по вольной волюшке –
По зелёному морю,
Ходят все кораблики
Белопарусники.
Промеж тех корабликов
Моя лодочка,
Лодочка не снащённая,
Двухвесельная.
Буря ль разыграется –
Старые кораблики
Приподымут крылышки,
По морю размечутся.
Стану морю кланяться
Я низохонько:
«Уж не тронь ты, злое море,
Мою лодочку:
Везёт моя лодочка
Вещи драгоценные,
Правит ею в тёмну ночь
Буйная головушка».
(Песня смолкает, шум моря продолжается. В хату входит Девушка. Печорин встречает её у порога.)
ПЕЧОРИН: Скажи-ка мне, красавица, что ты делала сегодня на кровле?
ДЕВУШКА: А смотрела, откуда ветер дует.
ПЕЧОРИН: Зачем тебе?
ДЕВУШКА: Откуда ветер, оттуда и счастье.
ПЕЧОРИН: Что же? Разве ты песнею зазывала счастье?
ДЕВУШКА: Где поётся, там и счастливится.
ПЕЧОРИН: А как неровно напоешь себе горе?
ДЕВУШКА: Ну что ж? Где не будет лучше, там будет хуже, а от худа до добра опять недалеко.
ПЕЧОРИН: Кто ж тебя выучил этой песне?
ДЕВУШКА: Никто не выучил: вздумается – запою; кому услыхать, тот услышит; а кому не должно слышать, тот не поймёт.
ПЕЧОРИН: А как тебя зовут, моя певунья?
ДЕВУШКА: Кто крестил, тот знает.
ПЕЧОРИН: А кто крестил?
ДЕВУШКА: Почему я знаю?
ПЕЧОРИН: Экая скрытная! А вот я кое-что про тебя узнал. Я узнал, что ты вчера ночью ходила на берег.
ДЕВУШКА (смеясь): Много видели, да мало знаете, а что знаете, так держите под замочком.
ПЕЧОРИН: А если б я, например, вздумал донести коменданту?
(Девушка резко отодвигается от Печорина и выбегает из хаты. Печорин остаётся. Выходит Арбенин.)
АРБЕНИН: Прошёл год ссылки. Лермонтов успокоился и не погиб, вернулся в Москву, потом заехал в Тарханы, отправился в Санкт-Петербург, пользуясь вниманием общества.
(Звучит аудиозапись романса «Выхожу один я на дорогу». Когда романс заканчивается, Печорин уходит, и на смену ему выходит Лермонтов.)
СЦЕНА 6
ЛЕРМОНТОВ:
И вот – Петербург… Увы!
Как скучен этот город
С его туманом и водой!
Куда ни глянешь – красный ворот,
Как шиш, торчит перед тобой.
Нет милых сплетен – всё сурово,
Закон сидит на лбу людей.
Все удивительно и ново –
И нет непошлых новостей!
(К Лермонтову подходит Барант.)
БАРАНТ: До меня дошли слухи, что вы, господин Лермонтов, распространяете обо мне порочащие мою честь эпиграммы.
ЛЕРМОНТОВ: Верить сплетням – удел неумных женщин, я считаю даже излишним вступать с вами в объяснения по такому вздору. В конце концов, это становится скучным.
БАРАНТ: Вы поступаете неблагородно. Советую вам взять свои слова обратно.
ЛЕРМОНТОВ: Я не нуждаюсь в ваших советах, сударь.
БАРАНТ (вспыхивая): Если бы я был во Франции, я бы знал, как поступить с вами.
ЛЕРМОНТОВ: В России правила чести соблюдаются так же строго, как и во Франции.
БАРАНТ: Однако вы пользуетесь тем, что находитесь в стране, где дуэли запрещены.
ЛЕРМОНТОВ: Это ничего не значит, сударь. Я к вашим услугам. Сегодня же я пришлю к вам моего секунданта.
БАРАНТ: Но мы будем драться на шпагах.
ЛЕРМОНТОВ: Как угодно. Пистолеты вернее и решительнее кончают дело. Я предпочёл бы пистолеты, но выбор оружия принадлежит вам.
(Кланяются друг другу и расходятся. Нина и Арбенин на сцене.)
АРБЕНИН: За эту дуэль он опять уехал в ссылку на Кавказ. Здесь жили его герои… Над ними витал дух его Демона.
(Выходит Демон и читает отрывок из поэмы «Демон».)
СЦЕНА 7
НИНА: Да, там жили его герои. И там шла война. Что ждало его впереди? Жизнь или гибель? Ему было только 27 лет…
Дуэль между Мартыновым и Лермонтовым состоялась 15 июля 1841 года у подножия горы Машук.
АРБЕНИН:
Года, как заросли, раздвинув,
Я увидал издалека:
В поэта целится Мартынов
На дальнем склоне Машука.
В порыве гнева с ярой силой
Гроза обрушилась на лес,
На весь Кавказ, на всю Россию,
Заржал в отчаянье Черкес.
С тех пор о многом позабыто,
Другой и новый век идёт.
А конь всё так же бьёт копытом,
А конь всё так же скорбно ржёт.
Сквозь вековое расстоянье
До боли трогает меня
Неумолкающее ржанье
Осиротевшего коня.
(Звучит ноктюрн № 13 Ф. Шопена.)
НИНА:
Он не погиб на склоне Машука.
Он светит нам, как Эльбрус белоснежный.
Безбрежна и бездонно глубока
Живая даль души его мятежной.
(И. Александров)
(Звучит соната № 14 («Лунная соната») Л. Бетховена.)