Солопенко Р. Воронежская одиссея Готлиба Гмелина / Р. Солопенко // Коммуна - 2024. - № 27. - С. 11.

Дата публикации: .

Готлиб Гмелин свою недолгую жизнь сделал необыкновенно яркой и насыщенной. и насыщенной. Родился он в Германии в городе Тюбингене в 1744 году в семье медиков. Своё образование бу­дущий учёный получил в родном городе и уже в 1763 году стал доктором медицины. Кроме того, он занимался ботаникой, зоологией, историей. Ещё одним увлечением Гмелина были пу­тешествия. Первое он совершил по двум странам: Голландии и Франции. В 1767 году в жизни Готлиба Гмелина произошёл поворот, который существен­но повлиял на всю его жизнь. Он был приглашён в Россию на должность профессора в Санкт-Петербургскую акаде­мию наук. Вскоре по поручению Академии Гмелин с товарищами отправился в Прикаспийскую экспедицию.

Из Тюбингена - по России

Цель этой экспедиции заключалась в опи­сании географии, истории, быта и нравов, а также распространённых болезней мест­ных жителей. Поездка началась в 1768 го­ду из Санкт-Петербурга. В Воронеже Гме­лин и другие участники экспедиции зи­мовали. Из нашего города они прибыли в Азов, оттуда отправились в Царицын, а затем - в Астрахань. В июне 1770 года экспедиция двинулась по Волге через Ка­спийское море в северную часть Персии. В начале 1772 года путешественники вновь вернулись в Астрахань, а в июне этого же года снова отправились в Персию. Изу­чив местность, Гмелин сухим путём от­правился снова в Астрахань, но 5 февраля 1774 года экспедиция попала в плен к хану Дербента. Хан запросил у правительства Екатерины II выкуп за пленника в 30 ты­сяч рублей. Императрица-матушка думала освободить ученого военной силой, но пугачёвский бунт помешал её планам. Невыносимые условия плена прервали жизнь молодого про­фессора. Ему было 29 лет. После смерти Гмелина Екатерина II по­лучила от хана личные вещи натуралиста, прежде всего его рукописи и записки (Гме­лин вёл дневник). Стоит сказать, Акаде­мия наук издала русский перевод главно­го сочинения Готлиба Гмелина «Путеше­ствие по России для исследования трёх царств естества». Для нас важна его первая часть, рассказывающая о путешествии от Санкт-Петербурга до Черкасска. Путь как раз пролегал через Воронеж и губернию.

Из воронежских заметок Готлиба Гмелина

В Воронеж Самуэль прибыл 1 октября 1768 года. Первым делом его удивила «из­рядная летняя погода», царившая в Во­ронеже в конце сентября. Он тут же при­нялся изучать местную редкую живность в окрестностях города. Такой редкостью, по мнению учёного, являлся «земляной заяц», которого при жизни Гмелина не­которые зоологи считали «мышью с про­долговатым хвостом». Следующим живот­ным, достойным упоминания натурали­ста, стал сурок, водившийся на Дону «в превеликом множестве». В дневнике путешественник и натуралист описывает забавную деталь. В Воро­неже многие жители держали ежей в ка­честве домашнего питомца вместо кошек. Местные ежи очень хорошо охотились на мышей. Немецкий учёный всё же выра­зил сомнение в том, что ежи из-за своих иголок приятны женскому полу. После поездки по деревням и весям гу­бернии 22 ноября этого же года Готлиб Гмелин вновь вернулся в Воронеж. Сто­ит сказать, что по пути в город он увидел, как крестьяне собирали семена дурмана. На его вопрос, зачем они это делают, те ответили, что кладут его в пиво. От ус­лышанного Гмелин долгое время не мог прийти в себя. 15 февраля 1768 года Гмелин наблюдал в Воронеже суд над раскольниками-ста­рообрядцами, которые сами себя име­новали «староверцами». Он решил изло­жить историю раскола в России, а также написать о жизни и нравах старообрядцев. Путешественник поведал о своей рыбной ловле близ Воронежа. Тогда в реках Воронеж и Дон водились лещи, карпы, язь, голавль, подлещик, синец, стерлядь. О щуках Гмелин заметил, что они водятся «в преужасном множестве», но едят их толь­ко простые люди. А хвост сома ставили на стол для богатых как угощение. Не забыл отметить и спиртные напитки - в частности, вишнёвку и сидр. Сидр, по уверению Гмелина, в Воронеже делать не умели.

В поисках древнего зверя

В  В Костёнках Гмелин начал самолично проводить изыскания по песчаному берегу Дона. Глазам учёного предстали многочисленные кости, как тогда говорили, древ­них слонов. Местные жители рассказали учёному, что в стародавние времена здесь жили огромные четвероногие звери, которые умерли, а их кости выходят на поверхность земли. Не осталась в стороне от пристального те внимания натуралиста и местная фауна, В дневниковых заметках он упомянул белок, орлов, ястребов, филинов, сов, куро­паток, уток. В частности, филин у местных жителей был особой птицей. Его когти были оберегом от чародейства. В апреле следующего года немецкий натуралист провёл в Костёнках «археологические раскопки». Гмелин выдвигал пред­положения о появлении в здешних краях «слонов», сравнивал местные находки с сибирскими. Заехал наш доктор и в село Борщево, где как раз начался падёж скота. Будучи врачом по образованию, он не упустил случая разобраться в причинах болезни коров, но столкнулся с полным непониманием крестьян. Последние попросту убежали из села, а оставшиеся не допустили доктора к своим бурёнкам, посчитав ме­дика колдуном и ворожеем.      

Дикие лошади и божественный нектар

Гмелин решил увидеть табуны диких лошадей, которые во множестве паслись в Воронежской губернии, и отправился в го­род Бобровск (Бобров), а оттуда - в село Чихонку. Местные жители рассказали, что охотились на этих лошадей. Во-первых, дикие звери опустошали сенные запасы крестьян, а во-вторых, жеребцы часто уво­дили домашних кобыл в степь, оставляя сельских мужичков без рабочих лошадей. Весной исследователи добрались до ка­зацкой слободы Урыв. Городок славился своими селитровыми заводами, Гмелин попросил местного атамана ему их пока­зать. После экскурсии атаман угостил путешественников терновкой. Она очень понравилась учёному. Он даже оставил рецепт этого спиртного напитка: «...на зре­лые и несколько раздавленные терновые ягоды, налив простого вина, ставят в теп­ло, чтобы уходилось; после чего проце­живают напоенное ягодным вкусом вино. А чтобы напиток сей сделать крепче и лучше, то вместо простого вина употреб­ляют французскую водку...».

Острогожск - Дивногорье - Павловск

За Урывом следовал Острогожск. Гмелин в своих заметках упомянул и второе на­звание города - Рыбный, происходящее от местного озера. Также он подметил, что в городе очень много винокуренных заводов, дома местных жителей деревянные и покрыты соломой, а внутри выбеленные. В Острогожске Гмелин оказался свидете­лем конфуза местной власти. Они заняли оборону городка от калмыков, а на самом деле то были крымские татары. Ещё одной особенностью Острогожска, указанной Гмелином, была «французская болезнь», от которой местные жители пытались ле­читься различными способами. В целом путешественнику понравились острогож­ские жители. Практически каждый горо­жанин зазывал иностранца к себе в гости, и поэтому Гмелину с друзьями даже при­шлось ночью тайно покинуть городок. В апреле 1769 года путь Гмелина лежал в Дивногорский монастырь. Забавно, что здешние меловые столпы учёный назы­вал «статуями» и «пирамидами». Также его поразил своими видами сам пещерный монастырь. Единственным местом Воронежской губернии, которое не понравилось учёному, оказался Коротояк. В этот городок он приехал в апреле. Его поразило то, что там не нашлось ничего достойного, что можно было бы описать. Местные же жители и вовсе не знали историю основания своего поселения, о которой так настойчиво расспрашивал немецкий гость. А вот в Павловском уезде он обнаружил траву, которую в народе называли «бабьи румяны». Крестьянки тех мест собирали её и использовали в качестве космети­ческого средства. Гмелин убедился, что Павловск - типичный торговый город. Поразил его своей красотой Шипов лес. Исследуя здешнюю фауну, он, к своему удивлению, обнаружил в реках и озёрах Павловского уезда черепах.