Колесников Д. Повести о трудном детстве / Д. Колесников // Коммуна. - 2026. - № 2. - С. 11.
Виктор Костенко пробовал себя в разных видах творчества. Рисовал, сочинял песни, писал стихи. Но самую большую известность получили его автобиографические повести о военном и послевоенном детстве «Барак» и «Коммуналка». В этих книгах писатель рассказал не только свою историю, но одновременно историю родного города и своего поколения.
Человеческая память со временем сглаживает остроту ощущений. Самое страшное и трагичное из пережитого спустя десятилетия вспоминается уже гораздо спокойнее, а многое и вовсе забывается. Виктору Костенко удалось обратное - не только сохранить впечатления детства незамутнёнными, но и столь же ярко передать их на страницах книг. Будущий писатель родился в саманном бараке без водопровода и прочих удобств. В 30-е годы на левобережной окраине Воронежа у ВОГРЭСа вырос целый городок из таких строений. В построенном на скорую руку жилье селили вчерашних крестьян, которые после коллективизации перебрались в город. Среди тех, кто предпочёл колхозной действительности работу на заводе и жизнь в барачной тесноте, были и родители Виктора Костенко. Из довоенной жизни Виктору запомнилось немного. Вот он сидит у отца на плечах. Отец, большой и сильный, идёт к реке, где ещё не построено водохранилище. За рекой и широченным лугом встаёт зелёной стеной высокий правый берег Воронежа. Видны облепившие крутой склон домики, одинокая церквушка и карабкающийся в гору трамвайчик. Отец поёт песню. Мир красив и прочен. Будущее светло. В первые дни войны отец ушёл на фронт. Виктор остался с матерью, бабушкой и грудной сестрёнкой. Вначале казалось, что немцев разобьют так же быстро, как разбили японцев или белофиннов. Но война всё ближе подходила к Воронежу. Фашисты бомбили заводы и жилые дома. Заводской парк превращался в стихийное кладбище, где хоронили умерших от ран красноармейцев и погибших от бомбёжки местных жителей. В июльскую ночь 1942 года, узнав, что немцы вошли в западную часть города, семья Костенко покинула Воронеж.
Ожидание
В эвакуации жили в деревне. Незнакомые люди пожалели беженцев с младенцем и приютили в своём доме. Но как только зимой 1943 года Воронеж полностью освободили, Костенко вернулись домой. От вокзала шли пешком через ёртвый город. Воронеж лежал развалинах, не было видно прохожих. Вогрэсовский мост оказалсяI взорван. К себе на левый берег зобирались через заснеженный луг и лёд на реке. Всю дорогу бежеенцы смотрели под ноги, чтобы не наступить на трупы, не убранные со времени боёв. Жизнь в освобождённом Воронеже еле теплилась. Мать Виктора разбирала руины на заводе СК. Хлеб, который ей давали на работе, съедала, а суп в котелке приносила детям. Жить помогала надежда, что наступит Победа и вернётся с фронта отец. Отец писал, что на Ленинградском фронте получил тяжёлое ранение. После госпиталя врачи признали солдата негодным к строевой слуэбе. Возможно, его даже отпустят зимой ещё до конца войны. После этого письма Виктор часто сидел у дороги и ждал отца. Мальчик представлял, что вот-вот увидит, как отец шагает домой, прихрамывая на искалеченную ногу, о вместо отца в семью пришла зхоронка. Получив похоронку, мать Виктора пыталась повеситься. Соседи вовремя достали из петли, откачали. Стали жить дальше.
Добро и зло
Война принесла слишком много горя. Испытавшие опасности и лишения люди меньше ценили свою и чужую жизнь. Мальчишки ходили за трофеями на места боёв как за грибами и нередко подрывались при этом на необезвреженных минах. Описывает Виктор Костенко и послевоенный бандитизм, и жестокие драки район на район. Самым страшным испытанием стал вызванный засухой голод. В 1947 году умерла бабушка Виктора, которая отдавала свой кусок хлеба маленькой внучке. Испытания обнажают сущность человека. Во время голода и неустроенности люди поддерживали друг друга как могли, порой делились последним. Когда у Костенко украли карточки на хлеб, только помощь соседей спасла Виктора, его мать и сестру. Кроме взаимовыручки, людей поддерживала вера в лучшее будущее. С этой верой воронежцы заново отстраивали свой город, возрождали заводы и жилые кварталы. А в победном 45-м году среди развалин сажали молодые тополя. Поколение победителей верило, что когда-нибудь они будут жить не в бараках и землянках, а в огромных домах с лифтами и отоплением, и магазины будут полны продуктов. Люди радовались всему хорошему в жизни, будь то отмена карточек на хлеб или переселение из барака в коммуналку. Эти события казались шагами к тому счастью, которое со временем непременно наступит.
Виктор Никитович КОСТЕНКО (1936-2006)
Окончил факультет журналистики ВГУ. Работал токарем-расточником на заводе, художником- оформителем в Воронежской филармонии, журналистом в газетах «Коммуна», «Берег», «Молодой коммунар», «Вперёд». В Воронеже были изданы сборники стихотворений поэта «Семи- цветие» и «Откровение». Что удивительно: Виктор Костенко пишет про голод, нищету, жестокость и другие реалии военного и послевоенного времени без озлобления, без пафосного придыхания: «Подумайте, какой ужас!» Он искренне любит этот страшный, плохо приспособленный для жизни мир. Любит тех людей, с которыми свела судьба, любит свой искалеченный город и даже свой жалкий барак. Всё это - его детство, его жизнь. В повестях о своём поколении Виктор Костенко подводит читателя к мысли о том, что Родину любят не за то, что она самая богатая и щедрая. А за то, что она твоя.