Пальгуева Г. Библиотечные Школы: уроки, переменки, перемены / Г. Пальгуева // Библиотечное дело. - 2012. - № 5. - С. 36-41.

Дата публикации: 19 апреля 2024.

Библиотечные Школы:

уроки, переменки, перемены.

Галина Михайловна Пальгуева, главный методист МКУК Канавинского района г. Нижнего Новгорода.

Как плавсредство назовёшь, так оно и поплывёт, — эта ак­сиома убедительно доказана в юмористической повести Андрея Некрасова «Приключе­ния капитана Врунгеля». Плав­средство плавает так, как это заложено уже в его конструк­тивном названии: корабль — в море-океане, лодка — в реке и озере, бумажный кораблик — в ручье.

НЕ БЕЗЫНТЕРЕСНО было бы аналогично проследить трансформацию названия: библиотечный институт, ин­ститут культуры, библиотечно-инфор­мационный институт... Что оно несёт в себе и что представляет миру? Вопрос далеко не праздный. Точность и полнота понятийного, терминологического аппа­рата важна в любом деле, в библиотеч­ном в том числе.

Те из нас, кто принимал участие в профессиональных встречах «на вы­езде», наверняка, наблюдали, как в лю­бую свободную минуту коллеги перепи­сывают в свои «кондуиты» названия вы­ставок, стендов, названия отделов, если таковые имеются, названия мероприя­тий библиотек-хозяев. Думаю, это не случайно. Удачное название, обеспечив­шее точное попадание в тему, — поло­вина успеха любого мероприятия. В ин­тересном и точном названии для творче­ского библиотекаря закодировано нача­ло дальнейшего развития темы и внед­рения в свою работу.

«Но есть, однако же, ещё предполо­женье»... Переписывают (а в последние годы — фотографируют) именно назва­ния, возможно, потому, что это самая пригодная практическая информация со всего семинара или конференции. Пере­писал — воспроизвёл у себя — и красиво, и времени экономия. Совершенно не вкладываю в это негативного смысла, на­оборот; это действительно колоссальная экономия сил и времени. Более того, это косвенная, но достаточно высокая оцен­ка работы хозяев: переписывают — зна- ская отдача от наших профессиональ­ных встреч, кроме переписанных назва­ний выставок? Вспоминаются студенче­ские годы. О лекциях некоторых препо­давателей у нас говорили: слушать инте­ресно, а записать нечего, то есть для эк­заменов вряд ли пригодится. Содержа­ние должно соответствовать форме; ес­ли корабль назвали кораблём, каких бы синонимов к этому названию мы не при­думали, он остаётся кораблем и не при­годен для плавания в маленькой речуш­ке.

Школьное многообразие

Библиотекари — люди творческие. В поисках новаций они постоянно создают что-то синергетическое, комбинатор­ное, комплексное, тем не менее я увере­на, что чёткое представление о понятий­ном аппарате каждой из «слагаемых» форм не только не помешает, но сдела­ет нашу работу более эффективной.

Например, что такое различные биб­лиотечные инновационные школы?

Вероятно, в первую очередь речь должна идти о структуре многовариант­ного процесса повышения квалифика­ции с элементами рефлексии и обратной связи? Чаще всего «школами» назы­вают комплекс мероприятий по обуче­нию библиотечных кадров, в которых различные формы методических заня­тий объединяются сквозной темой. За­нятия, как правило, проводят методисты региональных методических центров.

В системе повышения квалификации многих библиотек можно встретить не­мало названий со словом «школа» или сопутствующим ему словом «класс». Библиокласс ведущих специалистов, библиокласс начинающего библиотекаря ежегодно проводится на базе МКУК ЦБС Канавинского района г. Нижнего Новгорода (http^/book-hall.ru/). Занятия в Школе библиотечного мастерства • Вектор успеха» организуются в Волгоградской областной детской библиотеке http://www.biblioteka-volgograd.ru/profe- sionalam/zanjatija-v-shkole-bibliotechno- go-masterstva-vektor-uspeha.html).

 Существует целый ряд библиотечных школ, организованных на основании до­говора с государственным образователь­ным учреждением дополнительного про­фессионального образования. К ним от­носятся Библиотечная школа муници­пального учреждения культуры «Южно- Сахалинская централизованная библио­течная система» (http://www.ys-citylibra- ry.ru/page 83.htm), библиотечная школа национальной библиотеки Республики Карелия (http://library.karelia.ru/in dma- terials/material365.html) и другие.

Всероссийская школа библиотечной инноватики проводится кафедрой биб­лиотековедения и информатики АПРИКТ с 1999 г. совместно с отделом библиотек Министерства культуры Рос­сийской Федерации и Комитетом по культуре администрации Белгородской области и Белгородской областной на­учной универсальной библиотекой (http://www.belkult.ru/info/shkola innova- tiki).

В интернете можно найти информа­цию о работе летних библиотечных школ, организуемых методическими службами областных универсальных и областных детских библиотек. Среди них — летняя школа Алтайской Крае­вой универсальной научной библиотеки (АКУНБ) (http://akunb.altlib.ru/files/ Method/014 004.html); межрегиональная летняя библиотечная школа «КРАЕВЕДЧЕСКИЙ ЭКСПРЕСС» Кемеров­ской областной научной библиотеки имени В. Д. Фёдорова; летняя библио­течная школа «Лидер» Нижегородской государственной областной детской библиотеки. (http://www.ngodb.ru/l/na- shi dela/shkola lider/).

Некоммерческий фонд «Пушкинская библиотека» реализует образователь­ный проект «Школа библиотечного ли­дерства: библиотеки как центры устой­чивого развития местных сообществ России» (http://www.biblider.ru/). Слово­сочетанием «Библиотечная школа» обо­значаются мероприятия в рамках Все­российского форума, который на протя­жении последних пяти лет проводит в Пушкиногорье Русская школьная биб­лиотечная ассоциация. Весной 2001 года газета «Библиотека в школе» впервые пригласила своих читателей на недель­ную встречу «Библиотечная школа», ко­торая была проведена на базе редакции в Москве.

Следует отметить, что кроме «школ» повышения квалификации для сотруд­ников, во многих библиотеках дей­ствуют различные, чаще всего темати­ческие «школы» для читателей библио­теки. Например, Школа экологических знаний открыта при Центральной биб­лиотеке г. Черепаново Новосибирской области (http://chscb.ru/index/bibliotech- naja shkola ehkologicheskikh znanij/O-115). He лишним здесь будет упомянуть и Летнюю школу чтения для ребят как форму продолжения читательского раз­вития в летние каникулы, которую реко­мендует организовать профессор СПбГУКИ, доктор педагогических наук В. А. Бородина.¹

Многозначность привычного слова

Более пристальное знакомство с на­званными библиотечными школами, по­казывает, что они разнятся по концепту­альному назначению, солидности орга­низационных структур, конкретным це­лям и задачам, по сочетанию применяе­мых форм занятий, составу обучающих­ся и преподавательскому составу.

Что предлагают такие школы в своих программах и что они дают «на выходе» для развития библиотек и личностного роста библиотекарей? Чтобы ответить на эти вопросы, вероятно, следует рас­смотреть само понятие «школа». Этот многозначный термин присутствует в названиях учебных учреждений различ­ного назначения: образовательные, во­енные, спортивные. Согласно Википе­дии «в историях наук и искусств, «шко­ла» — это систематизирующая кате­гория, позволяющая дифференциро­вать историю развития объекта (области) деятельности, группируя со­ответствующих представителей по признакам близости творческих прин­ципов». Другими словами, «школу» мож­но рассматривать как учреждение (зда­ние), как систему и философскую кате­горию. И в том и в другом случае «шко­ле» должно быть присуще развитие и преемственность форм и методов какой-либо деятельности, в частности процесса обучения, получения определённой сум­мы знаний и, что особенно важно, прак­тических навыков.

Соответствуют ли эти определения сути и функциям тех библиотечных школ, о которых речь шла выше? Или же под этим многофункциональным на­званием подразумевается всего лишь форма обмена опытом?

Судя по той информации, которую удалось найти в интернете, большинство библиотечных школ позиционируют се­бя как открытые системы получения именно практических знаний и навыков на базе библиотек разного уровня. Боль­шинство материалов о библиотечных школах в интернете и профессиональ­ной печати рассказывает о несомненных плюсах подобной формы повышения квалификации. Между тем согласно тео­рии swot-анализа, для дальнейшего раз­вития любой организации (системы) не­обходимо учитывать не только плюсы, но и минусы, не только сильные, но и слабые стороны, а также угрозы внеш­ние и внутренние, которые могут ждать её в будущем. Выявление этих факто­ров, а затем установление взаимосвязей между ними в дальнейшем могут быть использованы для формулирования стратегии организации.

Безусловно, сильной стороной «школьного» формата приобретения новых профессиональных знаний яв­ляется структурная и содержательная синергетичность: соединение лекционных и диалоговых приёмов обуче­ния, сочетание междисциплинарных технологий, «преодоление феномена “разрывности мышления’’ когда полу­ченные в процессе обучения знания не применяются специалистами на прак­тике».²

Парадоксальным образом эта силь­ная сторона может стать одновременно слабой. Возвращаясь к упомянутым вы­ше библиотечным «школам», можно увидеть излишнюю широкоформат- ность подобных проектов. В рамках од­ной «школы» — фактически цикла за­нятий, ограниченного временными рам­ками в 5-7 дней, — бывают заявлены: се­минар, научно-практическая конферен­ция, коллоквиум, ещё один семинар, творческая лаборатория, проблемный семинар, круглый стол, ещё одна лабо­ратория... Каждая из названных форм сама по себе может быть многоднев­ным, сложным в организационном пла­не мероприятием. Как правило, в поня­тийный аппарат большинства из них за­ложена докладно-лекционная форма подачи материалов, следовательно, они могут оказаться сложны для восприя­тия. В данном случае есть опасение, что комплексность превращается в эклек­тичность — набор разноплановых, труд- носочетаемых видов деятельности. Здесь вспоминается притча о том. сколько шапок можно сшить из одной шкуры — одну или семь. Можно сшить и семь, но кто их будет носить? С другой стороны, использовать «школу» только для обмена опытом — всё равно что на узкую речонку наводить широкий мост.

Встречаются в практике профессио­нальных встреч и совсем уже малопо­нятное: например, семинар под названь­ем «Всероссийская школа библиотеч­ной инноватики». По логике автора «Ка­питана Врунгеля», получается лодка под названием корабль. Возникает вопрос: так это всё-таки семинар или «Школа»? Или что-то не дописано, прописано не­чётко? Мне могут возразить: подводная лодка называется лодкой, хотя по габа­ритам, оснащённости, назначению пре­восходит океанский лайнер. Да, но ос­новным определением здесь выступает не существительное «лодка», а прилага­тельное — «подводная». Чрезмерно ши­рокая трактовка понятия «школа» при­менительно к библиотечным потребно­стям повышения квалификации приво­дит к расплывчатости формулировки её концепции. Часто за концепцию выдаёт­ся цель или задача. Отсюда возникает некий феномен: на подобных мероприя­тиях слушать и смотреть интересно, а внедрить в практику своей работы — нечего. Это тоже слабая сторона многих библиотечных школ.

По настоящему полноценный анализ деятельности библиотечных школ впол­не может стать предметом научного из­учения и темой диссертации. В рамках обычной журнальной статьи можно лишь очертить контуры такого анализа на примере одной из библиотечных школ. Поскольку автор статьи на протя­жении пяти лет с 2005 по 2009 год явля­лась научным руководителем летней библиотечной школы «Лидер» Нижего­родской государственной областной детской библиотеки логично будет остановить внимание читателей на раз­мышлениях именно об этой школе.

Школа «Лидер»

Началось все с того, что в процессе подготовки областной межотраслевой программы «Детское чтение: 2004-2008 годы» у руководителей министерства культуры Нижегородской области воз­никла идея создания новой формы об­учения, основанной на более эффектив­ном использовании творческого потен­циала библиотекарей.

Концепция школы заключалась в том, чтобы слушатели не просто созер­цательно накапливали и обновляли зна­ния (обменивались опытом), но совер­шенствовали навыки и умения пользо­ваться ими, воплощать новые идеи в практику работы. Перед преподавате­лями первой «школы Лидер», а ими ста­ли сотрудники РГДБ и АПРИКТ, была поставлена задача: закреплять лек­ционный материал с помощью тренин­гов, деловых игр, обсуждений. Каждое занятие должно было строиться по схе­ме: лекция — деловая игра или работа над проектом по теме лекции — обмен опытом — рефлексия, обсуждение те­мы лекции. В качестве дополнения — пакет документов, необходимых для практической работы.

При подведении итогов первого сезо­на Школы «Лидер» наиболее интерес­ным моментом стало обсуждение кон­цепции новой формы обучения. Что та­кое библиотечная школа? Почему «Ли­дер»? Чем она должна отличаться от прежних занятий курсов повышения квалификации? Кто такой лидер? Ка­кие качества должен иметь библиоте­карь, чтобы попасть в Школу? Какие качества необходимо развивать, чтобы стать настоящим лидером преобразова­ний в библиотеке? — вот далеко не пол­ный перечень возникших в ходе обсуж­дения вопросов.

Дискуссионным оказался также во­прос, должна ли школа готовить лиде­ров библиотечной деятельности, «взра­щивать» их, или её задача — развивать мастерство уже проявивших себя лиде­ров. Этот момент и сегодня особенно ак­туален применительно к сложившейся кадровой ситуации в библиотеках. Ди­ректора, заместители директоров, веду­щие специалисты в силу своих долж­ностных обязанностей должны обла­дать качествами лидера, однако на прак­тике не всегда такое совпадение про­исходит. В библиотеках районного, сельского уровня возросло количество сотрудников с непрофильным образова­нием. Кадровый «голод» вынуждает вы­двигать на руководящие позиции людей со слабо выраженными качествами ли­дера. Наиболее целесообразной была признана следующая идея: приглашать на занятия школы библиотекарей лю­бого ранга и стажа работы, дабы про­исходил процесс взаимного обучения, в том числе обучения лидерским навы­кам.

В 2006 году возникла идея коллек­тивной работы над заданным проектом, непосредственно на занятиях Школы. Суть в том, что в соответствии с вы­бранной заранее проблемой, темой про­екта приглашаются преподаватели, при­чем, не только библиотековеды, но и психологи, социологи, игротехники, «пи­арщики». Таким образом, библиотекари должны были познакомиться с техноло­гиями смежных дисциплин. Теоретиче­ская лекция, практические занятия и тренинги — всё должно быть направле­но на разработку проектного задания, всех его циклов от начала до заверше­ния. По окончании занятий представ­ляется «готовая» продукция — проект решения той или иной производствен­ной задачи. Таким образом, получалась система «наоборот»: не теория закреп­лялась практикой, а к практическому проекту применялись теоретические знания. К сожалению, эту идею удалось внедрить лишь частично. Предполага­лось, что каждый слушатель сможет вы­ступить в роли лидера в процессе учеб­ных мероприятий. Для этого должны моделироваться ситуации, где каждый поочередно может выступить ведущим практического занятия, фокус-группы, мозгового штурма, производственного совещания.³ Эта задумка была осу­ществлена в 2007 и 2008 году, когда со своими мастер-классами выступили слу­шатели Школы — представители Са­марской областной детской и Свердлов­ской областной библиотеки для детей и юношества.

Таким образом, новая форма повы­шения квалификации была заявлена именно как формат школьного обуче­ния: урок (лекции, доклады); переменка (расширение общекультурного и лите­ратурного кругозора слушателей, экс­курсии, знакомство с достопримеча­тельностями города и т. д.) и практиче­ская работа на уроке именно по теме урока. И, наконец, домашнее задание, как рефлексия на увиденное и услышан­ное.

В работе школы «Лидер» 2004 года, где я присутствовала в качестве слуша­теля и школы 2005 года, для которой я составляла концепцию и программу, схема, выработанная совместно со слу­шателями в большей части выдержива­лась. В дальнейшем под влиянием раз­ных людей, обстоятельств и разных взглядов на Школу всё больше и больше добавлялось тематических и «статус­ных» докладов, которые играли значи­тельную рекламную роль для Школы, но, на мой взгляд, ослабляли её практи­ческую составляющую, превращая в обычный семинар. Тем не менее за пять сезонов слушателям было предложено: четыре круглых стола, четыре обучаю­щие ролевые игры, четыре тренинга, коллоквиум, деловая игра, шесть ма­стер-классов, большинство из которых проведено автором этих строк. В про­цессе практических занятий слушатели разработали электронную презентацию журнала «Родина», проект создания биб­лиотеки семейного чтения, проект про­граммы интеграционного спектакля для детей с ограниченными возможностями, различные варианты новых форм рабо­ты с читателями-детьми и детской лите­ратурой.⁴

К сожалению, слабой стороной, несу­щей внутреннюю угрозу для дальнейше­го развития школы «Лидер», оказалась именно рефлексия. Разумеется, как в большинстве подобных случаев, по окончании мероприятия участники пи­сали отзывы о нём. Как правило, фор­мулировки для их написания предлага­лись довольно расплывчатые: нравится-не нравится. В результате организаторы получали сплошь комплиментарные оценки, приятно греющие душу и не на­целивающие на рефлексию.

Ни в коей мере не хочу сказать, что положительные оценки всегда неис­кренни. Наоборот, по себе знаю, что, на­ходясь в гостях, всегда стараешься найти что-то действительно хорошее, о чём с удовольствием сообщаешь хозяевам. Просто наличие восхитительных оценок не означает автоматического отсутствия негативных впечатлений. Негативные оценки, как правило, оставляют при себе или обсуждают в кулуарах; «... именно там, в кулуарах всегда обсуждается са­мое важное и интересное, устанавли­ваются необходимые контакты, вы­сказываются «настоящие» мнения».⁵

Это. правда, относится не только к Нижегородской школе «Лидер». Я встретила в интернете всего две до­статочно развёрнутых аналитических статьи по поводу работы библиотечных школ. С автором одной из них, кандида­том педагогических наук Е. Гусевой, со­лидарна в том, что главная цель подоб­ных проектов — использование про­цессного подхода, способствующего результативности и эффективности Шко­лы в достижении поставленных задач.⁶

Вопрос в понятийной сущности тер­минов: результативность, эффектив­ность, рефлексия. Под результатив­ностью понимается способность до­стичь запланированного результата. А какого именно? Количества слушате­лей отсидевших на каждом уроке? Или количества перемен, произошедших в работе библиотек, после возвращения из «школы»?

Параметры эффективности прове­дённых занятий и внедренческих реше­ний лучше бы задавать в более конкрет­ной форме. Например, отзыв о работе Школы «Лидер» 2007 года было предло­жено написать в виде ответа на вопрос: «Что будем внедрять?» Анализ отве­тов позволил выявить 21 конкретную идею, которые слушатели собирались воплотить в своих библиотеках. Самые глобальные намерения: создать библио­теку семейного чтения или клуб (ассо­циацию) семейного общения; организо­вать работу с детьми нулевого возраста, то есть с беременными мамочками; про­вести библиотечные исследования, фе­стиваль читающих семей. Из методиче­ских находок намеревались взять на во­оружение пошаговую разработку про­ектов. методику создания настольных библиографических игр. электронных звуковых рекламных роликов книг для выставок на абонементах. Последую­щий анализ отчётов о работе библиотек Нижегородской области подтверждал: большинство озвученных намере­ний были исполнены.

Многие слушатели считают наибо­лее эффективным учебный сезон шко­лы «Лидер-2005». На занятия приглаша­лись сотрудники открывшихся и плани­рующих открытие информационно­компьютерных центров детских биб­лиотек. В декабре того же года открыл­ся информационно-компьютерный центр в Ильиногорской детской библио­теке Володарского района. По призна­ниям сотрудников, электронную презен­тацию открытия они сделали самостоя­тельно, используя знания, полученные на занятиях «Лидера». В течение после­дующих лет все 18 библиотек, чьи пред­ставители прошли обучение, ежегодно создают качественные (от двух до деся­ти) презентации разной тематики и уровня сложности. Коллеги из ЦБС Ба- лахнинского района отмечали в отчёте, что на районном семинаре, посвящён­ном проблемам толерантности, был по­вторён мастер-класс, в котором они уча­ствовали на школе «Лидер-2008»: «Ми­ровая художественная культура: толе­рантность поэзии». Сельские библиоте­кари охотно и с пользой для дальнейшей работы сочиняли синквейны, хокку и лимерики.

Ежегодно на заключительных заня­тиях Школы слушатели анализировали прошедшие занятия и вносили предло­жения по темам и формам работы сле­дующего года. Именно по желанию слу­шателей были организованы занятия Школы-2006 по работе с детьми с огра­ниченными возможностями и Школы- 2008 по проблемам толерантности.⁷ В традициях школы «Лидер» сложивших­ся в течение 2004-2009 годов, — выно­сить на следующий сезон проблемы, об­наруженные на текущих занятиях. Так, в программу 2009 года был включён «Час профессионального разговора» о про­блемах библиографической работы именно потому, что этот вопрос очень слабо звучал на предыдущих Школах. Из конструктивных предложений слу­шателей 2009 года («Мы все по Пушки­ну родня») хочется отметить два — и публично ответить на них. Мы совер­шенно упустили из виду, что нужно бы познакомить слушателей с новой лите­ратурой — новыми изданиями произве­дений Пушкина, литературоведческими материалами о нём и его произведениях. Кроме того, что это нужная информа­ция, хорошо составленный обзор по лю­бой теме может сам по себе служить об­учающим фактором.⁸

При анализе библиотечных школ — не только Нижегородской, но и друг­их — следует отметить внешнюю угро­зу, связанную с мотивацией результа­тивности участников образовательных проектов. Как уже было отмечено, мно­гие Школы созданы и работают на ос­нове договорных отношений с госу­дарственными образовательными уч­реждениями дополнительного профес­сионального образования. Слушателям выдаются соответствующие сертифика­ты, но получение свидетельства, как правило, не влечёт за собой каких-либо изменений в карьерном росте или опла­те труда библиотекаря, прослушавшего учебный курс Школы.⁹ Правда, у Ниже­городской школы «Лидер» есть положи­тельный пример: в 2007 году коллеге из Орловской областной детской библио­теки им. М. М. Пришвина на основании сертификата школы «Лидер» был повы­шен разряд и, соответственно, увеличе­на зарплата.

Куда плыть дальше?

В статье С. А. Бражниковой, заме­стителя директора Белгородской ГОУНБ весьма убедительно показаны причины создания в 2000 г. «Школы библиотечной инноватики»: система по­вышения квалификации, действующая сверху донизу, практически перестала функционировать. Обучение приобрело разрозненный и несогласованный ха­рактер. нарушилась преемственность его на федеральном, региональном и ло­кальном уровнях.¹⁰

При таком невнимании к вопросам профессионального обучения со сторо­ны государства, образовательные про­екты, создаваемые силами самих биб­лиотекарей на локальном уровне, под­вергаются опасности превратиться в чи­сто формальные мероприятия с низкой эффективностью. При отсутствии не­обходимых ресурсов: высокопрофессио­нальных преподавателей, тренеров, фи­нансирования учебного процесса, мето­дологической и исследовательской базы для прогнозирования и осуществления внедренческих решений — практически невозможно достичь задач, стоящих пе­ред библиотечными школами.

По истечении одиннадцати лет поло­жение дел не только не улучшилось, оно ухудшилось. Возможно, поэтому есть смысл профессиональному сообществу на более глубоком уровне проанализи­ровать такое, несомненно, позитивное явление как инновационные библиотеч­ные школы. И всем миром принять ме­ры к тому, чтобы они не были однора­зовыми формами обмена опытом, хотя и ежегодными, хотя и крупномасштаб­ными.

Чем должны быть для нас такие шко­лы? Чем-то вроде клубного объедине­ния библиотекарей исповедующих близ­кие взгляды на принципы существова­ния библиотечного дела? Чем-то вроде склада или выставки достижений, с не­изменным для них призывом: посмотре­ли налево, посмотрели направо... поеха­ли дальше... и забыли? Или же такие школы помогут обеспечить доступное и массовое профессиональное образова­ние в условиях невозможности обучения в специализированных средних и выс­ших учебных заведениях? Но в таком случае у них должна быть более чёткая концепция, основанная на научных ме­тодах оценки их эффективности. Не­обходима также приемлемая и понятная большинству коллег структура занятий, рассчитанных не на 5-7 дней, а на год. С обязательным целенаправленным из­учением стратегий, технологий, методик библиотечной работы, а не только осве­щением тематического опыта библио­тек. В такую систему должны входить занятия и прогностического, и внедрен­ческого цикла.

Возможно, на фоне современного состояния библиотечного дела эти раз­мышления выглядят утопически!? Что же делать, если нашему кораблю гро­зит потопление? Если спасение уто­пающих — дело рук самих утопающих, нам, наверное, надо понять за какие спасательные средства хвататься, как эффективнее их использовать.

Многое зависит от формы и цели профессиональной встречи. Научная конференция — для изложения новей­ших тенденций и открытий в отрасли, семинар — для информации о практиче­ских успехах, круглый стол — для кол­лективного (здесь и сейчас) обсуждения наболевших проблем.

Предлагаю коллегам поработать с приведённой ниже таблицей. Четыре графы, заполненные автором статьи, могут показаться субъективными — спорьте, предлагайте свои решения. Гра­фу №5 заполните самостоятельно и ре­шите сами, какими должны быть школы инноватики и какими они являются на сегодняшний день. Чему нас учат биб­лиотечные школы?

Любой корабль (и даже бумажный ко­раблик) нуждается в модернизации. Иногда в погоне за обновлением, мы без­жалостно выбрасываем и забываем, всё. что посчитаем старьём. В целом это пра­вильно, но нет ли здесь опасности, поте­ряв ориентиры прошлого, вернуться к то­му. от чего ушли, выдавая тот же самый хлам, за нечто новое? Не превращаются ли наши синергетические школы в триви­альные семинары? Сами по себе семина­ры и конференции — это хорошо зареко­мендовавшие себя формы обсуждения профессиональных проблем, но давайте называть вещи своими именами.

А мы даже не знаем, как должно на­зываться наше плавсредство: библиоте­ка или, может быть, центр информации, центр чтения, центр информационных услуг? Могут ли наши методические ме­роприятия, в том числе инновационные библиотечные школы удержать нас на плаву?

Давайте поразмышляем над тем, в чем разница между Школами и другими формами обучения, применяемыми на­ми на практике. Может быть, правы японцы, когда говорят, что «мудр не тот, кто много знает, а тот, чьи зна­ния полезны»?

С автором можно связаться: Адрес электронной почты защищен от спам-ботов. Для просмотра адреса в вашем браузере должен быть включен Javascript. 

1. Бородина В. А., Бородин С. М. Технология читательского развития. Летняя школа чтения / В. А. Бородина, С. М. Бородин // Школьная библио­тека. - 2010. - № 3-4. - С. 104-113.

2. Бражникова С. А. Всероссийская Школа биб­лиотечной инноватики и её роль в обновлении профессионального сознания библиотечных кад­ров и развитии отрасли // Российская библиотеч­ная ассоциация [Электронный ресурс]. — Режим доступа: rba.ru/or/comitet/09/3.doc

3. Пальгуева Г. М. Лидером может быть каждый из нас / Г. М. Пальгуева // Новая библиотека. — 2007 - № 1. - С. 24-31.

4. Пальгуева Г. М. Летняя библиотечная школа «Лидер» в Нижнем Новгороде / Г. М. Пагульева // Новая б-ка. - 2009. - № 24. - С. 14-22.

5. Шкляр Е. На велосипеде по Европе / Е. Шкляр // Современная библиотека. — 2011. — № 6. - С. 49.

6. Гусева Е. Инноватика как практика / Е. Гусе­ва // Библиотека. — 2008. — №4. — С. 60-63. (Элек­тронная версия: http://www.irbis.tomsk.ru/fulltxt/pdf)

7. Пальгуева Г. М. Великодушие и милосердие, или Толерантность по-русски. / Г. М. Пальгуева // Библиотечное дело. — 2008. — № 21. — С. 41-44.

8. Пальгуева Г. М. Летняя библиотечная школа «Лидер» в Нижнем Новгороде / Г. М. Пагульева // Новая б-ка. - 2009. - №24. - С. 14-22.

9. Бражникова С. А. Всероссийская Школа биб­лиотечной инноватики и её роль в обновлении профессионального сознания библиотечных кад­ров и развитии отрасли // РБА [Электронный ре­сурс]. — Режим доступа: rba.ru/or/comi- tet/09/3.doc

10. Там же.

Статья о «Библиотечных школах», направленных на повышение профес­сиональных знаний и навыков биб­лиотекарей .

Профессия библиотекаря, повышение квалификации, дополнительное об­разование

The article is about "School Lib­rary" , which are aimed at impro­ving professional knowledge and skills of librarians.

Profession librarian, training, further education.