Алёшина М. Мир фантастики Александра Беляева / М. Алёшина // Книжки, нотки и игрушки для Катюшки и Андрюшки. - 2009. - № 1. - С. 6-9.

В день рождения писателя - 16 марта - вспоминает о нем Марая Алексеевна АЛЁШИНА, педагог, г. Москва.

(Появляются Ведущий и Ведущая.)

ВЕДУЩАЯ: В ряду известных пи­сателей-фантастов Александр Бе­ляев по праву занимает одно из первых мест. Кто не слышал назва­ний его книг — «Голова профес­сора Доуэля», «Ариэль», «Остров погибших кораблей», «Человек-ам­фибия» и многих других. Многие из них экранизированы, одни лучше — другие хуже. Наверное, и вам до­водилось смотреть какие-то филь­мы, поставленные по мотивам его книг. Но, мне кажется, интереснее будет, если вы еще раз словно пе­релистаете страницы книг Алекса­ндра Беляева и встретитесь с его героями.

ВЕДУЩИЙ: Александр Беляев был не только выдающимся писате­лем-фантастом, из числа тех, кото­рые строят лишь воздушные замки. Он стремился к тому, чтобы челове­ческие мечты получили настоящую реализацию.

ВЕДУЩАЯ: А разве это возмож­но — реализовать сказочную мечту?

ВЕДУЩИЙ: Вот Беляев попробо­вал это сделать. Известно ли вам, что еще в 30-е годы XX века он предложил проект возведения ска­зочного детского городка. По его мысли такой городок должен состо­ять из множества различных ланд­шафтов, сценок известных сказок, а передвигаться по нему посетители должны были на маленьких поез­дах, пароходах и даже дирижаблях.

ВЕДУЩАЯ: Сказочный городок с разными пейзажами, населенный известными фантастическими геро­ями? Постой, постой, мне это что-то напоминает. Неужели это был про­тотип известного городка под наз­ванием Диснейленд?

ВЕДУЩИЙ: Совершенно верно. Но, к сожалению, в России проект, предложенный Александром Беляе­вым, отвергли. Зато спустя всего только один год предприимчивый американец по имени Уолт Дисней открыл детский городок Дисней­ленд — точную копию того, что ког­да-то предложил Александр Беляев.

ВЕДУЩАЯ: Вот это да! Оказыва­ется, не зря говорят, что все лучшее, что создано на земле, впервые как идея возникло у русских.

ВЕДУЩИЙ: А откуда возник фе­номен писателя Александра Беляе­ва? Как он стал писателем-фантас­том? Неужели где-то этому учат?

ВЕДУЩАЯ: А давайте спросим об этом у самого Александра Беляева.

ВЕДУЩИЙ: Как, разве это воз­можно?

ВЕДУЩАЯ: Но ведь мы же хотим встретиться с героями книг писате­ля-фантаста. Так пусть же силой на­шего воображения сегодня в гости к нам придет сам Александр Беляев.

(На сцене гаснет свет, затем освеща­ется ее середина. Звучит мерный пе­резвон колоколов и церковное пение.)

ВЕДУЩИЙ: Что это за город? Ку­да мы попали? (Музыка смолкает.)

ВЕДУЩАЯ: Не пугайтесь, это ста­ринный русский город Смоленск в конце 19 века. Именно здесь, в Смо­ленске, в семье священника 16 марта 1884 года и родился будущий писа­тель-фантаст. Говорят, что ново­рожденный ребенок оказался столь молчаливым и серьезным, что док­тор и повитуха решили, что он — немой. А потом, когда выяснилось, что Саша Беляев все-таки обладает голосом, они вынесли свой приго­вор: видимо, этот молчун будет иметь судьбу самую никудышную. Впрочем, пусть о своей судьбе пове­дает писатель. Александр Романо­вич, прошу вас!

(Появляется исполнитель роли Александра Беляева. Ведущая и Ве­дущий отходят в сторону.)

БЕЛЯЕВ: Добрый день. Я очень рад присутствовать на вечере, пос­вященном творчеству Александра Беляева. И должен сказать, что на мне сегодня лежит большая ответ­ственность, потому что я должен ис­полнить на вашем вечере роль мое­го любимого писателя Александра Беляева, хотя я не очень похож на него, но это мой любимый писатель, и я постараюсь, чтобы вы, ребята, сегодня поближе познакомились с его книгами. Уверен: каждый из на­ших гостей потом захочет прочитать книги Беляева. Но пока — два сло­ва о моем детстве.

(Снова звучит церковная музыка. Затем она смолкает.)

Итак, я родился в семье священ­ника. Отец считал, что мне в жизни нет другой дороги, кроме как пойти по его стопам, и на 11-м году жизни я был отдан в Смоленскую духовную семинарию. Но мне там жилось и училось нелегко. Судите сами: по распоряжению начальства семина­ристам даже не разрешалось брать книг и журналов из библиотеки. Поэтому меня спасали только кани­кулы, когда я ускользал от надзора святых отцов.

(Звучит веселая музыка. По сцене бегут разноцветные блики.)

А наш город Смоленск был богат на развлечения. Здесь были посто­янно действующие театры и цирки, приезжали гастроли с разными зна­менитостями. Поэтому во время праздничных отпусков домой я нас­мотрелся и на фокусников, и на лилипутов, и на шпагоглотателей. В городе выступали Шаляпин и Рах­манинов, свои произведения читал молодой Максим Горький. Семина­ристам запрещалось посещать театры, но мне повезло: удалось посмотреть почти на все заезжие знаменитости. Кроме того, я постоянно выступал в любительских спектаклях. Мне до­велось играть заметные роли в пье­сах Чехова и Островского. И уже в 5-м классе я твердо знал, что мое место — не в скучной церкви, а на сцене, в театре. (Беляев вскидыва­ет вверх руки и поворачивается к зрителям спиной. Музыка звучит громче.)

ВЕДУЩАЯ: Видишь, сколько ув­лечений было у юного Беляева в юности! Немудрено, что он готовил­ся стать великим человеком, чего и добился!

ВЕДУЩИЙ: Добавим только, что юный Саша рисовал декорации, иг­рал на скрипке, увлекался фотогра­фией, сам пытался проделывать фо­кусы. Сын смоленского священника прыгал с крыши на большом зонти­ке или на парашюте из простыни, пытаясь преодолеть земное притя­жение.

ВЕДУЩАЯ: Он решил поступить в университет, а для этого нужны были средства. Поэтому по оконча­нии семинарии, в 1901 году Беляев подписал контракт с одним театром и выступал там как актер. Причем, у него находили несомненный талант: об этом говорят оставшиеся в архи­вах газетные рецензии.

ВЕДУЩИЙ: А ремесло писателя? Когда Беляев им занялся?

БЕЛЯЕВ (внезапно оборачива­ется, говорит темпераментно): Чуть позднее. А пока я накапливаю собственный житейский и научный опыт, подрабатываю статьями в смоленских газетах. И в конце мар­та 1913 года, накопив денег, я уез­жаю в Италию.

(Звучит итальянская песня.)

Венеция, Рим, Неаполь, Флорен­ция! Сколько впечатлений! Здесь, в Италии, я совершил полет на гид­роплане. Потом я переезжаю во Францию. Вот передо мной остров Ив, описанный Александром Дюма в романе «Граф Монте-Кристо», вот города Франции, о которых я читал. Яркие впечатления этой поездки станут затем основой моих книг. Я мечтал посетить Америку, Японию, начали выходить в московских жур­налах мои сказки, как вдруг... (Бе­ляев закрывает лицо руками и сжи­мается.)

ВЕДУЩАЯ: Настали черные дни: Александра Романовича сразила страшная болезнь, от которой он окончательно не оправится до кон­ца жизни. Рушатся радужные планы молодого талантливого автора, от него уходит жена. Туберкулез поз­воночника — таково заключение врачей. «В будущем вам грозит не­подвижность», — сообщают они.

ВЕДУЩИЙ: Мать перевозит Бе­ляева в Крым. И там Беляев делает все возможное, чтобы преодолеть болезнь. Он много читает, изучает новейшие достижения медицины, техники, истории, занимается иностранными языками. Только спустя несколько лет болезнь отсту­пает, и он переезжает в Москву.

БЕЛЯЕВ: Наступает новый этап в моей жизни, я встретил любимую девушку, которая согласилась стать моей женой. А в 1923 году я издал первую книгу. Пусть тираж ее неве­лик, зато на ее обложке стоит моя фамилия — Беляев. В 1925 году ро­дилась моя первая дочь, в этом же году, образно говоря, родился писа­тель-фантаст Беляев. Я закончил свою первую книгу, которой сужде­но стать знаменитой, — «Голова профессора Доуэля».

ВЕДУЩАЯ: Что из своего опыта использовал Александр Романович в этой книге? Может быть, он вспо­минал, как в детские годы вместе с приятелем пытался воспроизвести фокус «Живая голова»?

ВЕДУЩИЙ: А может быть, он су­мел передать так живо ощущения человека, у которого нет тела, а только одна мыслящая голова, пото­му, что еще недавно сам был зако­ван в корсет из гипса. И в это время он старался учиться, читал, преодо­левая нездоровье.

БЕЛЯЕВ: Да-да, «Голова профес­сора Доуэля» — моя первая книга, которая вышла в журнале «Всемир­ный следопыт». Успех был необы­чайный.

(Ведущий, Ведущая и Беляев отхо­дят в сторону. Идет показ инсце­нировки отрывка из романа «Голо­ва профессора Доуэля». Участвуют Мари, профессор Керн, негр Джон.)

КЕРН (менторским тоном): Итак, мадемуазель Мари, прошу вас са­диться. Мне рассказывал о вас кол­лега. Вы по образованию медичка?

МАРИ: Да, мне было 17 лет, ког­да умер отец, на мои плечи легла за­бота о больной матери. Приходи­лось учиться и поддерживать семью. Я врач, но сейчас не так-то легко найти хорошее место.

КЕРН: Я ставлю одно условие. Вы умеете молчать? Все женщины болтливы. Вы женщина — это пло­хо. Вы красивы — это еще хуже.

МАРИ (растерянно): Но какое отношение...

КЕРН (обрывает ее): Самое близкое. Красивая женщина — женщина вдвойне. Значит, вдвойне обладает и женскими недостатками. У вас может быть муж, друг, жених. И тогда все тайны к черту. Мое усло­вие: вы должны молчать обо всем, что увидите и услышите здесь. При­нимаете это условие?

МАРИ (покорно): Я согласна.

КЕРН: Должен предупредить: невыполнение договора несет за собой крайне неприятные для вас последствия. Крайне неприятные. Ваши нервы в порядке?

МАРИ: Я здорова.

КЕРН: Джон, покажи мадмуазель Лоран лабораторию.

(Негр Джон вывозит но тележке круглый предмет, покрытый сал­феткой.)

МАРИ: Что это?

(Керн поднимает салфетку со сто­роны сцены и показывает, что под ней, только Мари Лоран.)

МАРИ (обмирает от ужаса): Это ужасно, ужасно! Скажите, неуже­ли это голова...?

КЕРН (опускает салфетку): Про­фессора Доуэля? Да, это его голова. Голова Доуэля, моего умершего ува­жаемого коллеги, возвращенная мной к жизни. К сожалению, я мог воскресить одну голову. Бедный До- уэль страдал неизлечимым недугом. Умирая, он завещал свое тело для на­учных опытов. Мне удалось не только оживить его сердце, но и воскресить сознание. Но мы обставляем тайной мой опыт. Я говорю «мы», потому что таково желание самого Доуэля.

Притом опыт еще не доведен до конца. Итак, вы принимаете мое предложение? Отлично. Я жду вас завтра к девяти утра. Но помните: молчание, молчание и молчание.

(Мари, Керн и негр Джон уходят. Снова появляются Ведущий, Веду­щая и Беляев.)

ВЕДУЩАЯ: После успеха первых публикаций Беляев с еще большим усердием присматривается к науч­ным достижениям начала XX века.

ВЕДУЩИЙ: Он знакомится с опытами передачи мыслей на рас­стоянии, и возникает роман «Влас­телин мира». В нем главный герой изобрел машину, с помощью кото­рого научился подчинять своим мыслям окружающих.

ВЕДУЩАЯ: А в конце 1928 года выходит еще один знаменитый ро­ман Александра Беляева, к которо­му он даже собирался писать про­должение. Название романа я пока сообщать не стану. А вы, дорогие друзья, назовите, какой роман Алек­сандра Беляева для вас является самым любимым? (Ответы присут­ствующих.) В 1928 году новый по­пулярный журнал «Вокруг света» попросил своих читателей также назвать свой любимый роман. И большинство ответило: «Человек- амфибия».

БЕЛЯЕВ: Обычно, когда роман закончен, его герои больше не инте­ресовали меня. Но «Человек-амфи­бия» — исключение. Главному ге­рою романа — Ихтиандру я пода­рил так много лирических красок, наградил его такой любовью к сво­боде, что действительно собирался писать продолжение истории о нем.

(Ведущий, Ведущая и Беляев отхо­дят в сторону. Звучит музыкальная заставка. Можно использовать увер­тюру к фильму «Человек-амфибия». Идет показ сценки из романа. Вхо­дят Ихтиандр и Кристо — слуга.)

КРИСТО: Ихтиандр, ты опять спал в океане, а не на кровати, как приказывал тебе отец.

ИХТИАНДР: Но гораздо удобнее спать в воде.

КРИСТО: Доктор приказывал, чтобы ты спал на кровати. Будешь потом жаловаться, что в легких пока­лывает. Скажи, а зачем ты надеваешь очки, перчатки? (Рассматривает перчатки.) Пальцы перчаток удли­нены тростинками, а между ними — перепонки.

ИХТИАНДР: Перчатки помогают мне быстро плавать. А очки предох­раняют глаза, когда буря подымает песок со дна. Без очков в воде все как в тумане. Когда я был малень­кий, отец разрешал мне иногда иг­рать с детьми,, которые живут в со­седнем саду. Я очень удивлялся, увидев, что они плавают в бассейне без перчаток. «Разве можно пла­вать без перчаток?» — спросил я их. А они не понимали, о каких пер­чатках я говорю, так как при них я не плавал...

КРИСТО: Ты и сейчас выплыва­ешь в залив?

ИХТИАНДР: Конечно. Только я выплываю боковым подводным тон­нелем. Какие-то злые люди едва не поймали меня в сеть, и теперь я очень осторожен. Как жаль, что ты не можешь плавать со мной под во­дою! Я бы показал тебе изумитель­ные вещи. Мы покатались бы с то­бой на моей морской лошади.

КРИСТО: На морской лошади? Что это такое?

ИХТИАНДР: Дельфин. Я приру­чил его. Бедный! Буря однажды выбросила его на берег, и он сильно разбил плавники. Я стащил его в во­ду и кормил рыбой, долго, целый ме­сяц. За это время он не только при­вык, но и привязался ко мне. Мы сделались друзьями... Как весело резвиться в море с дельфинами! Волны, брызги, солнце, ветер, шум!.. У меня много друзей в море...

КРИСТО: А враги?

ИХТИАНДР; Есть и враги. Акулы, осьминоги. Но я не боюсь их. У ме­ня есть нож.

КРИСТО: А если они подкрадутся незаметно?

ИХИАНДР: Но ведь я же слышу их и ушами, и всем телом. Ведь они же производят сотрясение всей во­ды, — эти колебания идут впереди них. Почувствовав эти колебания, я оглядываюсь.

КРИСТО: А кто была твоя мать?

ИХТИАНДР: Я не знаю. Отец го­ворит, что моя мать умерла, когда я родился....

КРИСТО: Скажи мне теперь, за­чем ты шалил, обижал рыбаков, ре­зал их сети и выбрасывал рыбу из лодок?

ИХТИАНДР: Потому что они лови­ли рыбы больше, чем могли съесть.

КРИСТО: Но они ловили рыбу для продажи. Чтобы и другие люди могли есть.

ИХТИАНДР: Разве людей так много? Неужели им не хватает зем­ных птиц и животных? Зачем они являются в океан?

КРИСТО: Это сразу тебе не объ­яснишь. Пора спать. Смотри же, не залезай в свою ванну, отец будет недоволен. (Уходят.)

(Появляются Ведущий, Ведущая и Беляев.)

ВЕДУЩАЯ: Александр Романо­вич Беляев становится известным романистом. Но печатные гонорары невелики. Чтобы кормить семью, он должен был издавать по два романа в год, как делал когда-то горячо им любимый писатель Жюль Верн.

ВЕДУЩИЙ: В конце 1930 года у Беляева возникла переписка с ве­личайшим ученым, основателем космонавтики Константином Эдуар­довичем Циолковским.

БЕЛЯЕВ: Жаль, что мы никогда не встретились лично. Но Констан­тин Эдуардович с любовью относил­ся к моим книгам, и даже написал предисловие к моему роману «Пры­жок в ничто». В свою очередь, в 1936 году я написал роман «Звезда КЭЦ», который посвятил Циолковс­кому. Слово «КЭЦ» по буквам рас­шифровывается как Константин Эдуардович Циолковский. Вообще я старался сочинять книги о людях незаурядных. Исследователи в моих романах преображают море.

ВЕДУЩАЯ: Об этом говорится в книге «Подводные земледельцы».

БЕЛЯЕВ: Покоряют космос.

ВЕДУЩИЙ: Об этом роман «Звезда КЭЦ».

БЕЛЯЕВ: И даже преобразуют материю.

ВЕДУЩАЯ: Об этом — в рома­не «Лаборатория дубльвэ». В по­следние годы жизни Беляев с семь­ей поселяется под Ленинградом, в городе Пушкино. Тогда Пушкино был настоящим городком литера­торов. Там жили и творили Алек­сей Толстой, Ольга Форш, Юрий Тынянов. Беляев сразу же начина­ет работать в местной газете, где за три года он написал больше сотни рассказов, фельетонов и очерков.

БЕЛЯЕВ: В те времена у меня бы­ла поговорка: «Я газетчик. Когда умру, не нужно особых похорон. Меня следовало бы похоронить, обернув старыми номерами газет». Но вместе с литературой я занима­юсь детским драмкружком. Ребята ставят пьесы по моим романам и учатся любить жизнь, узнавать мно­го о волшебных вещах, окружающих нас в земном мире и за его предела­ми. Тогда-то у меня и возникает идея создания детского «Парка чу­дес», где будут и уголки нашей исто­рии, и настоящий космодром с ракетой, и аттракционы с чудесами оптики, акустики. Мой проект горячо под­держали ученые, и в их числе дочь Циолковского. Но в связи с пред­военным временем проект откла­дывают.

ВЕДУЩАЯ: 17 интереснейших романов за 55 лет жизни! Но планов у Беляева было еще на 20 романов. К сожалению, планам этим не суж­дено было сбыться.

(Звучит звук военной сирены. Беля­ев уходит за кулисы.)

ВЕДУЩИЙ: В 1941 году началась Великая Отечественная война, и фа­шисты захватили Пушкин. Книги Бе­ляева уже были известны во всем мире своей антифашистской нап­равленностью. И неудивительно, что в дом к седому больному писа­телю нагрянуло гестапо. У писателя бы произведен обыск, но фашисты были немало удивлены тем, что этот худой старик, почти не покидающий кровати, и есть тот самый Беляев, который был объявлен чуть ли не личным врагом нацистов.

ВЕДУЩАЯ: От нервного потрясе­ния, голодных военных дней Алек­сандр Романович серьезно заболел и скончался. Умершего писателя же­на положила в соседней опустев­шей квартире. Мародеры украли костюм с тела Беляева и хоронить его пришлось, обернув старыми но­мерами газет.

ВЕДУЩИЙ: Но книги этого писа­теля всегда останутся читаемы и любимы новыми поколениями ре­бят. Ежегодно переиздаются его по­вести и романы на всех языках ми­ра. По их сюжетам снимаются но­вые фильмы.

ВЕДУЩАЯ: Потому что книги этого автора выполняют свою глав­ную задачу — несут добро людям и учат своих юных читателей также творить добро.