Зархи С. "Прекрасен наш союз..." / С. Зархи // Читаем, учимся, играем. - 2006. - № 8. - С. 18 - 26.
ПРЕКРАСЕН НАШ СОЮЗ
Литературно-музыкальную композицию для старшеклассников составила С. Б. ЗАРХИ
Сарра Борисовна Зархи – учитель русского языка и литературы средней школы № 9, г. Мытищи, Московская область.
31 ОКТЯБРЯ – ДЕНЬ ЛИЦЕИСТА
ОФОРМЛЕНИЕ
На мольберте в углу сцены – портрет А. С. Пушкина. Ближе к середине сцены небольшой столик с подсвечником на несколько свечей и четыре стула. В вечере принимают участие 30 учеников, представляющих лицеистов первого выпуска. Форму лицеистов можно «приблизить» к той, что носили в Царскосельском лицее: чёрные бортики пиджаков застёгиваются, воротники поднимаются (делаются стоячими), к воротникам пришиваются красные околыши.
В качестве музыкального «обрамления» вечера предлагаем использовать фрагменты симфонии № 41 В. А. Моцарта («Юпитер»). Кроме этого, будут звучать «Прощальная песнь воспитанников Лицея» (муз. Л. В. Теппера де Фергюссона (лицейского учителя пения), сл. А. Дельвига) и композиция «Весна» из «Времён года» А. Вивальди (её можно заменить «Маленькой ночной серенадой» В. А. Моцарта).
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
Ведущие (1)–(3);
Лицеисты – среди них:
Пушкин, Дельвиг, Матюшкин, Горчаков, Корсаков, Пущин, Кюхельбекер;
Чтец.
«РАЗЛУКА У ПОРОГА»
Четко и торжественно выходят в зал Лицеисты, расходятся и встают в зале вдоль стен – возле стульев, приготовленных специально для них. Зрительские места занимают школьники, учителя и другие гости. Звучит 2-я тема симфонии № 41 («Юпитер») В. А. Моцарта. На сцену выходит Ведущий (1), зажигает свечи, садится за стол.
ВЕДУЩИЙ (1): 19 октября 1811 года в Царском Селе тридцать мальчиков сели за парты и стали одноклассниками. Впрочем, их величали «первый курс Царскосельского Лицея». Класс как класс, мальчишки как мальчишки – проказники, спорщики, лодыри, из которых выйдут поэты и министры, офицеры и «государственные преступники», сельские домоседы и неугомонные путешественники… В детстве и юности они читали повести и легенды о греческих и римских героях, а сами ещё при жизни или вскоре после смерти стали легендой, преданием… Через шесть без малого лет двадцать девять юношей обучатся, получат аттестаты… Они могли не видеться годами, но твёрдо знали, что есть Француз (он же смесь обезьяны с тигром, он же Пушкин), есть Дьячок (он же Мордан, он же Корф) и есть Паяс (он же Яковлев). Друг для друга они были посланцами оттуда, где всё начиналось, и гарантами того, что они ещё живы. Прошло 195 лет, почти два века. Но до сих пор дружба лицеистов пушкинского выпуска – это символ человеческой верности.
(На сцену выходят Лицеисты, они выстраиваются в цепочку в глубине сцены.)
31 мая 1817 года Пушкин и его друзья заканчивают Лицей. (Торжественно зачитывает список лицеистов.)
Бакунин Александр Павлович;
Броглио Сильверий Францевич;
Вольховский Владимир Дмитриевич (Суворочка);
Горчаков Александр Михайлович (Князь, Франт);
Гревениц Павел Фёдорович;
Гурьев Константин Васильевич;
Данзас Константин Карлович (Медведь, Кабул);
Дельвиг Антон Антонович (Тося);
Есаков Семён Семёнович;
Илличевский Алексей Демьянович (Олосенька);
Комовский Сергей Дмитриевич (Лисичка, Смола);
Корнилов Александр Алексеевич (Мосье);
Корсаков Николай Александрович;
Корф Модест Андреевич (Модинька, Дьячок, Мордан);
Костенский Константин Дмитриевич (Старик);
Кюхельбекер Вильгельм Карлович (Кюхля);
Ломоносов Сергей Григорьевич (Крот);
Малиновский Иван Васильевич (Казан);
Мартынов Аркадий Иванович;
Маслов Дмитрий Николаевич (Карамзин);
Матюшкин Фёдор Фёдорович (Федернелке, Плыть хочется);
Мясоедов Павел Николаевич (Мясожоров);
Пушкин Александр Сергеевич (Француз, Егоза);
Пущин Иван Иванович (Большой Жанно, Иван Великий);
Саврасов Пётр Фёдорович (Рыжий, Рыжак);
Стевен Фёдор Христианович (Швед, Фрицка);
Тырков Александр Дмитриевич (Кирпичный брус);
Юдин Павел Михайлович;
Яковлев Михаил Лукьянович (Паяс).
(Звучит аудиозапись композиции «Весна» из «Времён года» А. Вивальди (или «Маленькая ночная серенада» В. А. Моцарта). На этом фоне Пушкин читает стихотворение.)
ПУШКИН:
Промчались годы заточенья:
Недолго, мирные друзья,
Нам видеть кров уединенья
И царскосельские поля.
Разлука ждёт нас у порога,
Зовёт нас дальний света шум.
И каждый смотрит на дорогу
С волненьем гордых, юных дум.
(А. Пушкин. «Товарищам»)
ВЕДУЩИЙ (1): Май 1817 года. «Санкт-Петербургские ведомости» приглашают публику и родителей на выпускные экзамены Царскосельского Лицея. Впереди 17 дней, 15 экзаменов.
ПУЩИН: Тут мы уже начали готовиться к выходу из Лицея. Разлука с товарищеской семьёй была тяжела, хотя ею должна была начаться желанная эпоха жизни, с заманчивой, незнакомой далью. Девятого июня был акт. Характер его был совершенно иной: как открытие Лицея было пышно и торжественно, так выпуск наш тих и скромен…
(Звучит «Прощальная песнь воспитанников Лицея» (муз. Л. В. Теппера де Фергюссона, сл. А. Дельвига). Когда песня смолкает, фрагмент из неё читает Дельвиг.)
ДЕЛЬВИГ:
Простимся, братья, рука в руку!
Обнимемся в последний раз!
Судьба на вечную разлуку,
Быть может, здесь сроднила нас!
ВЕДУЩИЙ (1): Дельвигу, собрату по музе и судьбе, первое «прости».
ПУШКИН:
…В бездействии счастливом
Забуду милых муз, мучительниц моих;
Но, может быть, вздохну в восторге молчаливом,
Внимая звуку струн твоих.
(А. Пушкин. «Дельвигу» («Любовью, дружеством и ленью…»))
ВЕДУЩИЙ (1): Второе прощание – с Князем, или Франтом, – Горчаковым.
ПУШКИН:
Встречаюсь я с осьмнадцатой весной.
В последний раз, быть может, я с тобой,
Задумчиво внимая шум дубравный,
Над озером иду рука с рукой.
Где вы, лета беспечности недавной?
С надеждами во цвете юных лет,
Мой милый друг, мы входим в новый свет;
Но там удел назначен нам не равный,
И розно наш оставим в жизни след.
(А. Пушкин. «Князю А. М. Горчакову» («Встречаюсь я с осьмнадцатой весной»))
ВЕДУЩИЙ (1): Разумеется: особое событие – разлука с Кюхлей.
ПУШКИН:
В последний раз, в сени уединенья,
Моим стихам внимает наш пенат.
Лицейской жизни милый брат,
Делю с тобой последние мгновенья.
Прости! Где б ни был я: в огне ли смертной битвы,
При мирных ли брегах родимого ручья,
Святому братству верен я.
И пусть (услышит ли судьба мои молитвы?),
Пусть будут счастливы все, все твои друзья!
(А. Пушкин. «Разлука» («В последний раз в сени уединенья…»))
ВЕДУЩИЙ (1): Самое же задушевное посвящение – Большому Жанно, Пущину.
ПУШКИН:
Взглянув когда-нибудь на тайный сей листок,
Исписанный когда-то мною,
На время улети в лицейский уголок
Всесильной, сладостной мечтою.
Ты вспомни быстрые минуты первых дней,
Неволю мирную, шесть лет соединенья,
Печали, радости, мечты души твоей,
Размолвки дружества и сладость примиренья.
(А. Пушкин. «В альбом Пущину»)
ВЕДУЩИЙ (1): Последние лицейские дни… Всерьёз и в шутку обсуждаются служебные назначения.
ПУШКИН:
Иной, под кивер спрятав ум,
Уже в воинственном наряде
Гусарской саблею махнул –
В крещенской утренней прохладе
Красиво мерзнет на параде,
А греться едет в караул…
(А. Пушкин. «Товарищам»)
ВЕДУЩИЙ (1): Это предсказание военной службы, в которую идут многие. Гвардейские прапорщики: Вольховский, Пущин, Есаков, Бакунин, Малиновский. Армейские прапорщики: Данзас, Ржевский, Мясоедов, Тырков.
(Эти фамилии может называть Ведущий (1), но могут и сами Лицеисты: каждый, представляющий конкретного Лицеиста, называет соответствующую фамилию.)
МАТЮШКИН: Матюшкин станет офицером флота.
ГОРЧАКОВ: Горчаков готовится к службе по дипломатической части.
КОРСАКОВ: Корсаков, Кюхельбекер, Пушкин поступят в Коллегию иностранных дел.
ВЕДУЩИЙ (1): Директор Егор Антонович Энгельгардт надевает им на пальцы чугунные кольца – символ крепкой дружбы, и они станут теперь «чугунниками». Звучит прощальная лицейская клятва…
ЛИЦЕИСТЫ (хором): И последний лицеист один будет праздновать 19 октября.
ПУШКИН:
Друзья мои, прекрасен наш союз!
Он, как душа, неразделим и вечен –
Неколебим, свободен и беспечен,
Срастался он под сенью дружных муз.
(А. Пушкин. «19 октября» («Роняет лес багряный свой убор…»))
ВЕДУЩИЙ (1): «Нет, они не кончили Лицея. Кончились лекции, кончилось царскосельское время, пробуждения на заре, блуждания с неотвязчивым стихом весь день. Кончилось это всё, а Лицей не кончался. Не мог кончаться… Не кончался. Вот и всё». (Ю. Тынянов. «Пушкин»)
(Лицеисты поют фрагмент «Прощальной песни воспитанников Царскосельского лицея» А. Дельвига.)
Друг на друге остановите
Вы взор с прощальною слезой!
Храните, о друзья, храните
Ту дружбу с тою же душой,
То ж к славе сильное стремленье,
То ж правде – да, неправде нет.
В несчастье – гордое терпенье,
И в счастье – всем равно привет!
(Звучит фрагмент симфонии В. А. Моцарта «Юпитер». Лицеисты уходят со сцены, они рассаживаются на стульях вдоль стен зала. На сцену выходят Ведущие (2) и (3) и Чтецы. Они ставят на стол свечи.)
«ЛИЦЕЙСКИЕ ГОДОВЩИНЫ»
ВЕДУЩИЙ (2): И вот Лицей позади. 11 июня 1817 года Пушкин покинул Лицей. Началась новая жизнь. Он селится у родителей, на Фонтанке. Лицейский мундир сменил широкий чёрный фрак «с исковерканными фалдами»; вместо треуголки – модная шляпа… Но пока разлука с товарищами весьма относительна.
(На задник с экраном проецируются портреты лицеистов, которых упоминает Ведущий (1).)
19 октября 1817 года, через четыре месяца после выпуска, в Царское Село на шестую лицейскую годовщину отправляется славная компания: Пушкин, Кюхельбекер, Малиновский, Вольховский, Корсаков, Илличевский…
19 октября 1818 года лицейскую годовщину праздновали у Пущина. Этому Дню Лицея посвящает своё стихотворение Антон Дельвиг…
ЧТЕЦ:
Я редко пел, но весело, друзья!
Моя душа свободно разливалась.
О Царский сад, тебя ль забуду я?
Твоей красой волшебной забавлялась
Проказница фантазия моя.
И со струной струна перекликалась,
В согласный звон сливаясь под рукой, –
И вы, друзья, талант любили мой.
(А. Дельвиг. «К друзьям»)
ВЕДУЩИЙ (3): 1819 год. О праздновании лицейской годовщины сведений не сохранилось. Оказавшись после болезни в деревне, Пушкин много работает. Стихотворения его имеют большой успех и широко распространяются в многочисленных списках. Первое место среди них занимают вольнолюбивые стихи: отрывки из «Бовы», ода «Вольность», «Сказки», «К Чаадаеву», «Деревня», «На Аракчеева»…
ВЕДУЩИЙ (2): 1820 год. Прошли три года петербургской жизни Пушкина – с июня 1817-го по май 1820-го. 6 мая 1820 года император Александр I высылает поэта из Петербурга за вольнолюбивые стихи. 19 октября молодой поэт встречается в Гурзуфе с Раевскими. Пушкин бывал всегда душой лицейских праздников, без него друзья его сиротели: не слышно звонкой песни их Сверчка. Пушкин настроен элегически, он вспоминает лицейские годы…
ЧТЕЦ:
Но где же вы, минуты умиленья,
Младых надежд, сердечной тишины?
Где прежний жар и слёзы вдохновенья?..
Придите вновь, года моей весны!
(А. Пушкин. «Мне вас не жаль, весны моей…»)
ВЕДУЩИЙ (3): 1822 год. Друзья Пушкина справляют свой праздник в Петербурге – у Илличевского, который в своих написанных к этому дню стихах призывает лицеистов…
ЧТЕЦ:
Доколе сердце в нас свободно
И чести внятен строгий глас,
Дадим же руки ежегодно
Мы освещать сей день меж нас.
ВЕДУЩИЙ (2): А Пушкин рвётся из своего заточения и пишет стихотворение «Узник».
ЧТЕЦ:
Сижу за решёткой в темнице сырой.
Вскормленный в неволе орёл молодой,
Мой грустный товарищ, махая крылом,
Кровавую пищу клюёт под окном,
Клюёт, и бросает, и смотрит в окно,
Как будто со мною задумал одно;
Зовёт меня взглядом и криком своим
И вымолвить хочет: «Давай улетим!
Мы вольные птицы; пора, брат, пора!
Туда, где за тучей белеет гора,
Туда, где синеют морские края,
Туда, где гуляем лишь ветер… да я!..»
ВЕДУЩИЙ (3): 19 октября 1824 года исполнилась тринадцатая годовщина основания Лицея и седьмая со дня окончания его. Пушкин находился уже в Михайловской ссылке. Друзья собрались в тот день у живших вместе Вольховского, Яковлева и Стевена, веселились и хором пели сочинённый Дельвигом экспромт…
ЧТЕЦ:
Семь лет пролетели, но, дружба,
Ты та же у старых друзей:
Все любишь лицейские песни,
Все сердцу твердишь про лицей.
(А. Дельвиг. «19 октября 1824 года»)
ВЕДУЩИЙ (2): И настал 1825 год. Пушкин тягостно одинок в Михайловском.
ЧТЕЦ:
Печален я: со мною друга нет,
С кем долгую запил бы я разлуку,
Кому бы мог пожать от сердца руку
И пожелать весёлых много лет.
(А. Пушкин. «19 октября» («Роняет лес багряный свой убор…»))
ВЕДУЩИЙ (3): Он переносится мысленно в Петербург…
ЧТЕЦ:
Я пью один, и на брегах Невы
Меня друзья сегодня именуют…
Но многие ль и там из вас пируют?
Ещё кого не досчитались вы?
(А. Пушкин. «19 октября» («Роняет лес багряный свой убор…»))
ВЕДУЩИЙ (2): Поэт направляет им своё замечательное послание «Роняет лес багряный свой убор…», задумал которое ещё давно, в Лицее, одновременно со стихотворением «Пирующие студенты». Как и в «Пирующих студентах», отдельные строки стихотворения «19 октября» посвящены товарищам – Пущину, Дельвигу, Кюхельбекеру, Матюшкину, Горчакову, Корсакову. Он тепло и сердечно вспоминает навестивших его в этом году Пущина и Дельвига.
ЧТЕЦ:
…Поэта дом опальный,
О Пущин мой, ты первый посетил;
Ты усладил изгнанья день печальный,
Ты в день его Лицея превратил…
(А. Пушкин. «19 октября» («Роняет лес багряный свой убор…»))
ВЕДУЩИЙ (3): Пущин приехал в Михайловское 11 января 1825 года. Встречу с другом он описал в своих «Записках о Пушкине».
ЧТЕЦ: «Я оглядываюсь: вижу на крыльце Пушкина. Босиком, в одной рубашке, с поднятыми вверх руками. Не нужно говорить, что тогда во мне происходило. Выскакиваю из саней, беру его в охапку и тащу в комнату… На дворе страшный холод, но в иные минуты человек не простужается. Смотрим друг на друга, целуемся, молчим!.. Подали нам кофе – мы уселись с трубками. Беседа пошла правильнее – многое надо было хронологически рассказать, о многом расспросить друг друга!.. Он, как дитя, был рад нашему свиданию, несколько раз повторял, что ему ещё не верится, что мы вместе… В разговоре он сказал, что с музой живёт в ладу и трудится охотно и усердно… Пушкин заставил меня рассказать ему про всех наших первокурсников Лицея, потребовал объяснения, каким образом из артиллериста я преобразился в судьи. Это было ему по сердцу, он гордился мною и за меня!..»
ВЕДУЩИЙ (2): Приезд Дельвига был особенно важен для Пушкина.
ЧТЕЦ:
Когда постиг меня судьбины гнев,
Для всех чужой, как сирота бездомный,
Под бурею главой поник я томной
И ждал тебя, вещун пермесских дев,
И ты пришёл, сын лени вдохновенный,
О Дельвиг мой: твой голос пробудил
Сердечный дар, так долго усыплённый,
И бодро я судьбу благословил.
(А. Пушкин. «19 октября» («Роняет лес багряный свой убор…»))
ВЕДУЩИЙ (3): Пушкин вспоминает также встречу в соседнем селе Лямонове с Горчаковым.
ЧТЕЦ:
Ты, Горчаков, счастливец с первых дней,
Хвала тебе – фортуны блеск холодный
Не изменил души твоей свободной:
Все тот же ты для чести и друзей.
Нам разный путь судьбой назначен строгой;
Вступая в жизнь, мы быстро разошлись:
Но невзначай проселочной дорогой
Мы встретились и братски обнялись.
(А. Пушкин. «19 октября» («Роняет лес багряный свой убор…»))
ВЕДУЩИЙ (2): Хотел приехать в Михайловское и Вильгельм Кюхельбекер, с которым Пушкин не виделся уже более шести лет – обоих мотало по миру. Судьба Кюхли причудлива: Париж, Неаполь, Кавказ, карбонарии, дуэли, служба у легендарного Ермолова, полицейский надзор, блестящие оригинальные статьи в журналах, стихи – странные, длинные, но с немалыми поэтическими достоинствами…
ЧТЕЦ:
Служенье муз не терпит суеты;
Прекрасное должно быть величаво:
Но юность нам советует лукаво,
И шумные нас радуют мечты…
Опомнимся – но поздно! и уныло
Глядим назад, следов не видя там.
Скажи, Вильгельм, не то ли с нами было,
Мой брат родной по музе, по судьбам?..
(А. Пушкин. «19 октября» («Роняет лес багряный свой убор…»))
ВЕДУЩИЙ (3): 1825 год… В октябре Матюшкин отправился в кругосветное путешествие на шлюпе «Кроткий», под начальством Врангеля. Поэт вспоминал далёкого мореплавателя…
ЧТЕЦ:
Сидишь ли ты в кругу своих друзей,
Чужих небес любовник беспокойный?
Иль снова ты проходишь тропик знойный
И вечный лёд полунощных морей?
Счастливый путь!.. С лицейского порога
Ты на корабль перешагнул шутя,
И с той поры в морях твоя дорога,
О волн и бурь любимое дитя!
(А. Пушкин. «19 октября» («Роняет лес багряный свой убор…»))
ВЕДУЩИЙ (2): Мысленно поэт со своими друзьями, на празднике Лицея. В черновике этого стихотворения читаем…
ЧТЕЦ:
На пир любви душой стремлюся я…
Вот вижу вас, вот милых обнимаю,
Я праздника порядок учреждаю…
Я вдохновлён, о, слушайте, друзья:
Чтоб тридцать мест нас ожидали снова!
Садитеся, как вы садились там,
Когда места в тени святого крова
Отличие предписывало нам.
ВЕДУЩИЙ (3): Но круг лицеистов редеет, уже начали уходить из жизни друзья.
ЧТЕЦ:
Увы, наш круг час от часу редеет;
Кто в гробе спит, кто дальний сиротеет;
Судьба глядит, мы вянем; дни бегут;
Невидимо склоняясь и хладея,
Мы близимся к началу своему…
(А. Пушкин. «19 октября» («Роняет лес багряный свой убор…»))
ВЕДУЩИЙ (2): В 1817 году от «гнилой нервической горячки» скончался К. Ржевский, а в 1819-м во Флоренции угас от чахотки талантливый Н. Корсаков. Пушкин посвятил ему одну из строф стихотворения.
ЧТЕЦ:
…Он не пришёл, кудрявый наш певец,
С огнём в очах, с гитарой сладкогласной:
Под миртами Италии прекрасной
Он тихо спит, и дружеский резец
Не начертал над русскою могилой
Слов несколько на языке родном,
Чтоб некогда нашел привет унылый
Сын севера, бродя в краю чужом.
(А. Пушкин. «19 октября» («Роняет лес багряный свой убор…»))
ВЕДУЩИЙ (3): «За час до смерти, – рассказывал директор Лицея Е. А. Энгельгардт о кончине Корсакова, – он сочинил следующую надпись для своего памятника: "Прохожий! Поспеши к стране родной своей! // Ах, грустно умирать далеко от друзей!"» Спустя 15 лет директор Лицея получит известие от лицеиста Горчакова, находящегося на дипломатической службе в Италии. «Вчера я имел от Горчакова письмо и рисунок маленького памятника, который поставил он бедному нашему трубадуру Корсакову под густым кипарисом близ церковной ограды во Флоренции. Этот печальный подарок меня очень обрадовал».
1825 год… Пушкин писал…
ЧТЕЦ:
Запомните ж поэта предсказанье:
Промчится год, и с вами снова я…
(А. Пушкин. «19 октября» («Роняет лес багряный свой убор…»))
ВЕДУЩИЙ (2): Поэт не ошибся: промчался год, и, действительно, он оказался 19 октября 1826 года, вызванный Николаем I, в Петербурге. Но между этими двумя годовщинами легли грозные события 14 декабря 1825 года, поглотившие в своих бурных волнах самых близких друзей Пушкина: Ивана Пущина и Вильгельма Кюхельбекера.
ВЕДУЩИЙ (3): Кюхельбекер принял активное участие в восстании. Он пытался убить великого князя Михаила, а также собрать преданных восстанию солдат и поставить их в строй. После разгрома восстания Кюхельбекер бежал из Петербурга. Несколько дней его разыскивали. Многие думали, что он погиб, может быть, исчез под разбитой картечью невским льдом. Но вскоре Кюхельбекер был схвачен в Варшаве и доставлен в Петропавловскую крепость.
ВЕДУЩИЙ (2): Как и многие члены Тайного общества, Пущин считал самодержавие главным виновником бедственного состояния России и был одним из активных участников восстания. Декабрист А. Е. Розен вспоминал, что всех бодрее в боевом построении-каре стоял Пущин. Солдаты охотно слушали его команду, видя его спокойствие и бодрость. К Пущину, дожидавшемуся неминуемого ареста, на другой день явился Александр Горчаков, который привёз декабристу заграничный паспорт и умолял его уехать немедленно за границу, обещал доставить на иностранный корабль, готовый к отплытию. Пущин не согласился уехать: он считал постыдным избавиться бегством от той участи, которая ожидает других членов общества. Действуя с ними вместе, он хотел разделить и их дальнейшую судьбу. 26 декабря Пущин был арестован и со связанными руками, под конвоем доставлен на гауптвахту Зимнего дворца.
ВЕДУЩИЙ (3): Пущин и Кюхельбекер были включены в список «государственных преступников первого разряда», осуждённых «к смертной казни отсечением головы». Затем смертную казнь им, как и некоторым другим декабристам, заменили «вечными каторжными работами с лишением прав и дворянства». Мысль о трагической судьбе друзей не покидает Пушкина…
ВЕДУЩИЙ (2): 1827 год. Почти накануне знаменательной даты, 15 октября, произошла неожиданная встреча Пушкина с Кюхельбекером, которого перевозили из Шлиссельбургской крепости в Динабургскую. Пушкин так описал эту встречу…
ЧТЕЦ: «…Один из арестантов стоял, опершись, у колонны. К нему подошёл высокий, бледный и худой молодой человек с чёрной бородою, в фризовой шинели. Увидев меня, он с живостью на меня взглянул. Я невольно обратился к нему. Мы пристально смотрим друг на друга – и я узнаю Кюхельбекера. Мы кинулись друг другу в объятья…»
ВЕДУЩИЙ (3): Кюхле оставалось несколько дней пути до Динабургской крепости. Пушкин же расскажет друзьям об этой встрече через четыре дня, 19 октября, в день годовщины дружбы, на квартире у Яковлева. Поэт приветствовал лицейских товарищей стихотворением, в котором помянул томившихся на каторге декабристов.
ЧТЕЦ:
Бог помочь вам, друзья мои,
В заботах жизни, царской службы,
И на пирах разгульной дружбы,
И в сладких таинствах любви!
Бог помочь вам, друзья мои,
И в бурях, и в житейском горе,
В краю чужом, в пустынном море,
И в мрачных пропастях земли!
(А. Пушкин. «19 октября 1827»)
(Лицеист Пущин говорит со своего места, не поднимаясь на сцену.)
ПУЩИН: В своеобразной нашей тюрьме я следил с любовью за постепенным развитием Пушкина; мы наслаждались всеми его произведениями, являющимися в свет… Бывший наш директор прислал мне его стихи «19 октября 1827» («Бог помочь вам, друзья мои…»). И в эту годовщину в кругу товарищей-друзей Пушкин вспомнил меня и Вильгельма, заживо погребённых, которых они не досчитывали на лицейской сходке.
ВЕДУЩИЙ (2): Судьба Кюхельбекера после той, последней, встречи с Пушкиным на глухой станции Залазы была особенно немилостивой. Ему не дали соединиться с другими декабристами-каторжниками. Десять лет Кюхельбекер провёл в тюрьмах и крепостях; он не сдавался, старался сочинять и даже нашёл способ пересылать свои новые стихи другу Пушкину, а Пушкин сумел – конечно, без имени автора – опубликовать сочинения декабриста. 19 июля 1831 года, находясь в Царском Селе на даче, Пушкин писал М. Яковлеву…
ЧТЕЦ: «У Дельвига находились готовые к печати две-три трагедии нашего Кюхли и его же "Ижорский"… Плетнев и я, мы бы постарались что-нибудь из этого сделать».
ВЕДУЩИЙ (3): Первая сцена романтической мистерии «Ижорский» была напечатана в «Сыне отечества» в 1827 году, а три отдельные сцены – в альманахе «Подснежник» в 1828 году. Ещё две части изданы по ходатайству и при участии Пушкина в 1835 году. Помимо стихов Кюхельбекер занимался переводом Шекспира. Тема верной дружбы проходит через всё творчество декабриста.
ВЕДУЩИЙ (2): 19 октября 1828 года Пушкин отмечал со своими товарищами на квартире А. Тыркова в Петербурге. Поэт находился в тот день в беззаботно-весёлом настроении. Он написал протокол лицейского собрания. Присутствующие названы в нём своими лицейскими кличками, а все вместе «скотобратцами». Протокол гласил…
ЧТЕЦ: «Собралися на пепелище скотобратца Курнофеуса Тыркова (по прозвищу Кирпичного бруса) 8 человек скотобратцев, а именно: Дельвиг – Тося, Илличевский – Олосенька, Яковлев – Паяс, Корф – дьячок Мордан, Стевен – Швед, Тырков (смотри выше), Комовский – Лиса, Пушкин – Француз (смесь обезьяны с тигром).
a) пели известный лицейский пэан "лето знойна". …Пушкин-француз открыл, и согласился с ним сочинитель Олосенька, что должно вместо общеупотребляемого припева "лето знойна" петь, как выше означено.
b) вели беседу;
c) выпили вдоволь их здоровий;
d) пели рефутацию г-на Беранжера;
e) пели песню о царе Соломоне;
f) пели скотобратские куплеты прошедших 6-ти годов;
g) Олосенька в виде французского тамбура мажора утешал собравшихся;
h) Тырковиус безмолвствовал;
i) Тадковади о гимне ежегодном и негодовали на вдохновение скотобратие;
k) Паяс представлял восковую персону;
l) завидели на дворе час 1-й и стражу вторую, скотобратцы разошлись, пожелав доброго пути воспитаннику императорского Лицея Пушкину-Французу, иже написа сию грамоту».
ВЕДУЩИЙ (3): Под этим написанным протоколом все присутствующие собственноручно расписались, поставив свою фамилию и, в скобках, лицейское прозвище. В ту же ночь Пушкин уезжал в Малинники Старицкого уезда Тверской губернии, в имение П. А. Осиповой. Он спешил, попрощался с товарищами и написанный им протокол собрания закончил четверостишием…
ЧТЕЦ:
Усердно помолившись богу,
Лицею прокричав «ура»,
Прощайте, братцы: мне в дорогу,
А вам в постель уже пора.
ВЕДУЩИЙ (2): Так праздновали лицеисты первого выпуска свою семнадцатую лицейскую годовщину. Всем им уже было тогда под тридцать…
ВЕДУЩИЙ (3): Идёт время, но связь друзей не прерывается. Из лицейских одноклассников после Пушкина, написавшего послание «Мой первый друг…», вторым не испугался написать в «каторжные норы» Павел Мясоедов. Однажды Пущин передаёт несколько строк Энгельгардту…
ПУЩИН (со своего места): «Скажите что-нибудь о наших чугунчиках, об иных я кой-что знаю из газет и по письмам сестёр, но этого для меня как-то мало. Вообразите, что от Мясоедова получил год тому назад письмо… – признаюсь, никогда не ожидал, но тем не менее был очень рад. Шепните мой дружеский поклон тем, кто не боится услышать голос знакомого из-за Байкала».
ВЕДУЩИЙ (2): 25 мая 1829 года Пущину пишет его сестра Анна Ивановна Пущина…
ЧТЕЦ: «У Суворочки всё в порядке, он отзывается о тебе, мой бесценный, всегда с неизменной печалью; Малиновский, возвращаясь, опять встретился с Екатериной Набоковой в Туле, и это было très agréable (очень приятно – фр.) им обоим».
ВЕДУЩИЙ (3): 25 августа 1829 года Михаил Пущин, младший брат декабриста и тоже декабрист, сосланный на Кавказ, пишет из Кисловодска в Читу.
ЧТЕЦ: «Лицейский твой товарищ Пушкин, который с пикою в руках следил турок перед Арзрумом, по взятии оного возвратился оттуда и приехал ко мне на воды… часто о тебе вспоминает – он любит тебя по-старому и надеется, что и ты сохраняешь к нему то же чувство… Вольховский, с которым жил в нынешнем походе, занемог в Арзруме и возвратился лечиться в Тифлис – сегодня я получил от него письмо – он тоже интересуется о тебе».
ВЕДУЩИЙ (2): И на каторге, в далёкой Сибири, не была прервана связь с друзьями-лицеистами. Тайная переписка велась с Е. А. Энгельгардтом, Ф. Матюшкиным, с родными, через жён декабристов. Душевную теплоту Матюшкина особенно чувствовал Пущин. 9 сентября 1852 года Пущин обратился к Матюшкину как к родному и близкому человеку, прося его купить для дочери Аннушки фортепьяно. Денег на покупку в этот момент у Пущина не было, и он обещал их выслать в будущем году. Матюшкин привлёк Корфа и Яковлева к выбору фортепьяно. Как подарок оно было выслано в Ялуторовск. 11 февраля 1853 года растроганный Пущин писал Матюшкину…
ПУЩИН: «Спасибо вам, от души спасибо. Разделите между собой мой признательный крик, как я нераздельно принимаю ваше старое лицейское воспоминание… Аннушка вместе с музыкой будет на нём учиться знать и любить старый Лицей!..»
ВЕДУЩИЙ (3): Сохранилось два письма, тайно посланных Вильгельмом Кюхельбекером Пушкину. Одно было отправлено в 1830 году, когда Пушкин находился в Болдине.
КЮХЕЛЬБЕКЕР (со своего места в зале): «Часто я думаю о вас, мои друзья, но увидеться с вами надежды нет… А сердце голодно: хотелось бы хоть взглянуть на тебя… Вчера был лицейский праздник: мы его праздновали, не вместе, но – одними воспоминаниями, одними чувствами. Что, мой друг, твой Годунов? Первая сцена: Шуйский и Воротынский бесподобна…»
ВЕДУЩИЙ (2): В сложные и смутные 1830-е годы «брат родной по музе, по судьбам» – Кюхельбекер был одним из самых глубоких и тонких ценителей новых творений поэта.
ВЕДУЩИЙ (3): На товарищеской встрече 1831 года присутствовали всего шесть лицеистов: Илличевский, Корнилов, Стевен, Комовский, Данзас и Яковлев. Они вспоминали, конечно, Пушкина и других отсутствующих товарищей и чокнулись заздравным кубком…
ВЕДУЩИЙ (2): Пушкин не приехал на этот праздник, так как искал дом, где собирались друзья, но заблудился и не нашёл. К этому лицейскому дню он написал стихотворение «Чем чаще празднует Лицей…».
ЧТЕЦ:
Чем чаще празднует Лицей
Свою святую годовщину,
Тем робче старый круг друзей
В семью стесняется едину,
Тем реже он; тем праздник наш
В своем веселии мрачнее;
Тем глуше звон заздравных чаш
И наши песни тем грустнее.
…
Шесть мест упраздненных стоят,
Шести друзей не узрим боле,
Они разбросанные спят –
Кто здесь, кто там на ратном поле,
Кто дома, кто в земле чужой,
Кого недуг, кого печали
Свели во мрак земли сырой,
И надо всеми мы рыдали.
(А. Пушкин. «Чем чаще празднует Лицей…»)
ВЕДУЩИЙ (3): Как отличается это стихотворение от послания «19 октября 1825»! Светлые надежды на встречу сменились грустными мыслями о бренности жизни. Поэт скорбит в нём о так рано умерших лицеистах. Скончался Ржевский и Корсаков, не стало Саврасова, его одолела жестокая чахотка. Есаков, один из лучших учеников Лицея, блестящий артиллерист, полковник, был направлен на подавление Польского восстания. Вскоре стало известно, что Есаков застрелился в апреле 1831 года. Дельвиг был шестым. Самобытный поэт, он прославился особым жанром в русской поэзии – жанром песни. Многие из его песен положены на музыку. Наиболее популярны «Не осенний мелкий дождичек…», «Ах ты, ночь ли, ноченька…», «Не говори, любовь пройдёт», «Соловей, мой соловей…» Дельвиг был редактором «Литературной газеты», создателем знаменитого альманаха «Северные цветы», стойко вёл нелёгкую и неравную борьбу с властью и враждебной булгаринской печатью. По воспоминаниям двоюродного брата поэта, на его здоровье губительно подействовал вызов к Бенкендорфу. Шеф жандармов кричал, угрожал Дельвигу Сибирью. Дельвиг не испугался, добился даже извинения от Бенкендорфа, но впал в апатию. Литературная борьба, стихи, публицистика – всё вдруг оказалось безнадёжным, ненужным. Вскоре он тяжело заболел и не смог справиться с недугом. 21 января 1831 года Пушкин пишет Плетневу…
ЧТЕЦ: «Вечером получил твоё письмо. Грустно, тоска… Никто на свете не был мне ближе Дельвига… около него собиралась наша бедная кучка. Без него мы точно осиротели…»
И мнится, очередь за мной,
Зовёт меня мой Дельвиг милый,
Товарищ юности живой,
Товарищ юности унылой,
Товарищ песен молодых,
Пиров и чистых помышлений,
Туда, в толпу теней родных
Навек от нас утекший гений.
(А. Пушкин. «Чем чаще празднует Лицей…»)
ВЕДУЩИЙ (2): Все малолюднее становятся ежегодные встречи лицеистов первого выпуска, и все грустнее проходят они.
ЧТЕЦ:
Тесней, о милые друзья,
Тесней наш верный круг составим.
Почившим песнь окончил я.
Живых надеждою поздравим,
Надеждой некогда опять
В пиру лицейском очутиться,
Всех остальных ещё обнять
И новых жертв уж не страшиться.
(А. Пушкин. «Чем чаще празднует Лицей…»)
ВЕДУЩИЙ (3): В последние годы жизни Пушкина окружающее его враждебное кольцо смыкается всё плотнее и плотнее. По-прежнему в Сибири близкие друзья – Пущин и Кюхельбекер. Но 19 октября их мысли несутся на «лицейское подворье», где товарищи празднуют день Лицея. Дочь первого директора Лицея Малиновского 5 февраля 1832 года писала Энгельгардту от имени Пущина…
ЧТЕЦ: «Иван Иванович просит напомнить вам его просьбу, он желал бы иметь от вас несколько слов о каждом из его лицейских товарищей…»
ВЕДУЩИЙ (2): Стихотворения 1834 года отражают всё более и более мрачные мысли Пушкина.
ЧТЕЦ:
Пора, мой друг, пора! покоя сердце просит –
Летят за днями дни, и каждый час уносит
Частичку бытия, а мы с тобой вдвоём
Предполагаем жить… И глядь – как раз – умрём.
На свете счастья нет, но есть покой и воля.
Давно завидная мечтается мне доля –
Давно, усталый раб, замыслил я побег
В обитель дальную трудов и чистых нег.
(А. Пушкин. «Пора, мой друг, пора! Покоя сердце просит…»)
ВЕДУЩИЙ (3): 19 октября 1836 года праздновали двадцатипятилетие.
ЧТЕЦ:
…Всему пора: уж двадцать пятый раз
Мы празднуем лицея день заветный.
Прошли года чредою незаметной,
И как они переменили нас!
Недаром – нет! – промчалась четверть века!..
Не сетуйте: таков судьбы закон;
Вращается весь мир вкруг человека, –
Ужель один недвижим будет он?
(А. Пушкин. «Была пора: наш праздник молодой…»)
ВЕДУЩИЙ (2): Кюхельбекер в сибирской дали тоже вспомнит лицейский день.
КЮХЕЛЬБЕКЕР:
Поминки нашей юности – и я
Их праздновать хочу, – воспоминанья,
В лучах дрожащих тихого мерцанья,
Воскресните! – Предстаньте мне, друзья;
Пусть созерцает вас душа моя,
Всех вас. Лицея нашего семья!
Я с вами был когда-то счастлив, молод, –
Вы с сердца свеете туман и холод!
(В. Кюхельбекер. «19 октября 1836 г.»)
ВЕДУЩИЙ (3): Пущин пишет с благодарностью Энгельгардту за присланные строки и ноты «Шесть лет» – старой лицейской песни, сочинённой Дельвигом по случаю окончания Лицея…
ПУЩИН: Вы скажите моим старым товарищам лицейским, что мысль об них всегда мне близка и что десять лет разлуки, а с иными и более, нисколько не изменили чувств к ним. Я не разлучаюсь вопреки обстоятельствам с теми, которые верны своему призванию и прежде всего – нашей дружбе…
ВЕДУЩИЙ (2): «19 октября 1836» – эту дату поставил Пушкин на последней странице «Капитанской дочки». Во второй половине дня он отправился на встречу с друзьями. Из двадцати девяти питомцев первого выпуска на собрание пришло всего одиннадцать человек. Комовский приготовил сюрприз: явился на вечер в сохранившемся у него лицейском мундире. Пушкин настроен был грустно. Он вёл протокол.
ЧТЕЦ: «Праздновали двадцатилетие лицея… Собрались… в доме у Яковлева и пировали следующим образом:
1. Обедали вкусно и шумно.
2. Выпили три здоровия:
а) за двадцатипятилетие Лицея;
б) за благоденствие Лицея;
в) за здоровье отсутствующих.
3. Читали письма, писанные некогда отсутствующим братом Кюхельбекером.
4. Читали старинные протоколы, песни и прочие бумаги…
5. Поминали лицейскую старину…
6. Пели национальные песни.
7. Пушкин начал читать стихи, написанные на 25-летие Лицея…»
ВЕДУЩИЙ (3): Последние два пункта протокола были написаны рукой Яковлева. Как пишет первый биограф Пушкина П. В. Анненков, поэт при общей тишине начал читать. Но, крайне взволнованный, не дочитав, положил лист на стол и отошёл в угол комнаты. Кто-то из друзей взял со стола листок и продолжал читать…
ЧТЕЦ:
…Теперь не то: разгульный праздник наш
С приходом лет, как мы, перебесился,
Он присмирел, утих, остепенился,
Стал глуше звон его заздравных чаш,
Меж нами речь не так игриво льется,
Просторнее, грустнее мы сидим,
И реже смех средь песен раздается,
И чаще мы вздыхаем и молчим.
(А. Пушкин. «Была пора: наш праздник молодой…»)
ВЕДУЩИЙ (2): Это был последний праздник с Пушкиным… Он стал седьмым ушедшим лицеистом – после Дельвига. Смертельно раненный поэт попросил, чтобы не называли имени секунданта, лицейского друга Данзаса. «Ведь он мне брат!» «Как жаль, что нет теперь здесь ни Пущина, ни Малиновского», – сказал умирающий Данзасу.
ВЕДУЩИЙ (3): Лицейский праздник 1837 года явился тризной по великому поэту. В тот вечер, 19 октября, Энгельгардт написал Пущину на каторгу письмо, в котором сообщил, как праздновалась годовщина. В декабре Пущин написал Энгельгардту…
ПУЩИН: «Хочу поблагодарить Вас за памятные листки о последних минутах поэта-товарища, как узнаю из газет, что нашего Илличевского не стало. Ещё крест в наших рядах, ещё преждевременная могила… О Пушкине давно я глубоко погрустил… Мы здесь очень скоро узнали о смерти Пушкина, и в Сибири даже, как могла, она поразила, как потеря общественная…»
ВЕДУЩИЙ (2): Иван Пущин до конца дней своих был уверен, что, живи он в столице, не допустил бы дуэли.
ПУЩИН: «Если бы при мне должна была случиться несчастная его история, я бы нашёл средство сохранить поэта-товарища, достояние России».
ВЕДУЩИЙ (2): Страшным ударом для Кюхельбекера стала весть о гибели Пушкина. Потрясённый, он создал проникновенное стихотворение «Тени Пушкина».
ЧТЕЦ:
Смолк шорох благозвучных крыл
Твоих волшебных песнопений,
На небо отлетел твой гений;
А визги жёлтой клеветы
Глупцов, которые марали,
Как был ты жив, твои черты,
И ныне в час святой печали,
Бездушные, не замолчали!
Гордись! Никто тебе не равен,
Никто из сверстников-певцов:
Не смеркнешь ты во мгле веков –
В веках тебе клеврет Державин!
(В. Кюхельбекер. «Тени Пушкина»)
ВЕДУЩИЙ (3): И в стихотворении «19 октября 1837 г.» основные строки Кюхельбекер посвятил Пушкину.
ЧТЕЦ:
Последний пал родимый мне подг…
И вот опять Лицея день священный;
Но уж и Пушкина меж вами нет!
(В. Кюхельбекер. «19 октября 1837 г.»)
ВЕДУЩИЙ (2): Фёдор Матюшкин – моряк, капитан 1-го ранга, писал из Севастополя…
МАТЮШКИН: «Пушкин убит! Яковлев! Яковлев! Как ты это допустил? У какого подлеца поднялась на него рука? Яковлев! Яковлев! Как ты мог это допустить?»
ВЕДУЩИЙ (3): После 1837 года лицейские годовщины уже праздновали совместно в кругу нескольких объединившихся выпусков. Но в 1851 году, в день сорокалетия Лицея, лицеисты первого выпуска снова собрались в своём тесном кругу – одни. Протокол был написан Матюшкиным на третьей странице того самого листа, на котором Пушкин написал протокол юбилейного собрания 1836 года. Протокол гласил…
ЧТЕЦ: «40-летие Лицея. 1851 год.
Теперь не то: разгульный праздник наш
С приходом лет, как мы, перебесился…
Собрались у Корнилова семь человек: Корнилов, Корф, Данзас, Маслов, Комовский, Яковлев, Матюшкин. Юдин по причине болезни не был, Малиновский, Мясоедов в деревне. Бакунин в Твери. Горчаков и Ломоносов за границей. Пущина нет и Броглио безвестно отсутствующий».
ВЕДУЩИЙ (2): В 1855 году, после смерти Николая I, декабристов собираются вернуть из ссылки, но многие так и не дождались амнистии, навсегда остались в сибирской земле. Среди них – Вильгельм Кюхельбекер.
ЧТЕЦ:
Узнал я изгнанье, узнал я тюрьму,
Узнал слепоты нерассветную тьму
И совести грозной узнал укоризны,
И жаль мне невольницы – милой отчизны.
(В. Кюхельбекер. «Усталость»)
ВЕДУЩИЙ (3): К 60-летию первого выпуска остались только двое: Сергей Комовский – Лисичка и Александр Горчаков – Франт. В стихотворении «19 октября», посвящённом лицейской годовщине 1825 года, Пушкин писал: «Кому ж из нас под старость день лицея // Торжествовать придется одному?» Этим одним, последним, оказался Александр Горчаков, скончавшийся 28 февраля 1883 года, на восемьдесят шестом году жизни.
(Звучит фрагмент симфонии В. А. Моцарта «Юпитер». На фоне этой музыки Ведущий (2) произносит заключительные слова вечера.)
ВЕДУЩИЙ (2): 19 октября 1811 года. Казалось бы, как это далеко. «Но есть всё-таки чувство родства между пушкинскими лицеистами и нами, есть, несмотря на эпохи, разделяющие нас, есть, несмотря ни на что. А иначе не стала бы случайная дата – 19 октября – живым, своим не только для них, лицеистов, но и для нас. Иначе не сделался бы и сам Пушкин нашим вечным Лицеем, Лицеем навсегда». (Ю. Карякин)
ЛИТЕРАТУРА
Вересаев В. Спутники Пушкина. – М.: Сов. спорт, 1993.
Гессен А. Всё воровало нежный ум. – М.: Наука, 1965.
Пущин И. И. Записки о Пушкине. Письма. – М.: Худож. лит., 1988.
Руденская М. П. С лицейского порога. – Л.: Лениздат, 1984.
Эйдельман Н. Я. «Прекрасен наш союз…» – М.: Мол. гвардия, 1982.
Эйдельман Н. Я. Большой Жанно. – М.: Терра, 1999.